Читаем В начале было Слово, а в конце будет цифра полностью

Далее, после сотворения человека, Слово Божие обратилось к своему любимому творению. Слово было преимущественно предупреждающим, обучающим, угрожающим, а также наказующим. В целом его можно назвать наставляющим и направляющим. Подобно тому, как родители наставляют уму-разуму своего несмышленого ребенка и учат его ходить на помочах. Впрочем, иногда оно было и карающим. Наказывающие слова преследовали цель исправления человека, а слова карающие – уничтожение нераскаявшихся грешников, безнадежность которых хорошо была видна Богу-Сердцеведцу. Вспомним, что Великому потопу предшествовали карающие слова Бога: «И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их» (Быт. 6:7).

Уже в послепотопные времена, особенно после получения Моисеем от Бога скрижалей Завета и, тем более, после пришествия Сына Божия на землю Слово Божие было в основном спасающим. Слово Божие передавалось людям через пророков, и Спаситель нес его напрямую во время Своего земного служения в виде проповедей, притч, обличений, пророчеств и при совершении чудес. Слово Божие было запечатлено в книгах Священного Писания Ветхого и Нового Завета.

А в последней книге Священного Писания (Апокалипсисе) Слово Божие мы уже видим в совершенно ином качестве – как инструмент суда и кары. Это касается последних времен. Кажется, время, когда все живые и мертвые услышат глас Божий на Страшном Суде, не за горами.

Последние времена человечества описаны в Евангелиях (особенно в Евангелии от Матфея, глава 24), в посланиях апостолов, в Откровении от Иоанна (Апокалипсисе). Впрочем, признаки последних времен мы видим и в Ветхом Завете, особенно в книгах таких пророков, как Даниил и Исайя. Это времена, когда мир будет управляться железным мечом, так же как это было в ветхозаветной истории. Только масштабы применения железного меча будут несравненно больше, кровь будет литься рекой. Говоря о признаках кончины века, Христос, в частности, сказал: «Также услышите о войнах и о военных слухах. Смотрите, не ужасайтесь, ибо надлежит всему тому быть, но это еще не конец: ибо восстанет народ на народ, и царство на царство… всё же это – начало болезней» (Мф. 24:6–8). Образно выражаясь, сейчас предпоследние времена.

Кончина же века наступит тогда, когда Слово Божие будет проповедано по всему миру: «И проповедано будет сие Евангелие Царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам; и тогда придет конец» (Мф. 24:14). Слово Божие не будет воспринято человечеством, которое за редкими исключениями полностью погрязнет в поклонении мамоне и другим языческим идолам. Смысл дальнейшего продолжения Божественного проекта по спасению человечества окончательно исчезнет.

Последний акт мировой земной истории – воцарение антихриста на три с половиной года и следующее за ним второе пришествие Сына Божия. На первый план опять выходит железный меч, которым антихрист будет пасти народы. А затем его сменяет меч Слова Божия.

Но история человечества не завершается судом Божиим и исполнением Его решений (грешники брошены в озеро огненное, а праведники оказываются на небесах). Принято считать, что наш материальный мир сгорит и на смену материи придет дух, не имеющий ни массы, ни измерения в пространстве. Это не совсем верно. Достаточно познакомиться с главой 21 Апокалипсиса, где описывается Небесный Иерусалим, в котором окажутся праведники. Описание его похоже на описание нашего земного города. Удивительны, в частности, следующие стихи: «Говоривший со мною имел золотую трость для измерения города и ворот его и стены его. Город расположен четвероугольником, и длина его такая же, как и широта. И измерил он город тростью на двенадцать тысяч стадий; длина и широта и высота его равны. И стену его измерил во сто сорок четыре локтя, мерою человеческою, какова мера и Ангела» (Откр. 21:15–17). Обратите внимание на слова «мерою человеческою». Следовательно, тот новый мир имеет такую же протяженность и три измерения, подобные тем, какие есть в нашем сегодняшнем земном мире.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше
Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше

Сталкиваясь с бесконечным потоком новостей о войнах, преступности и терроризме, нетрудно поверить, что мы живем в самый страшный период в истории человечества.Но Стивен Пинкер показывает в своей удивительной и захватывающей книге, что на самом деле все обстоит ровно наоборот: на протяжении тысячелетий насилие сокращается, и мы, по всей вероятности, живем в самое мирное время за всю историю существования нашего вида.В прошлом войны, рабство, детоубийство, жестокое обращение с детьми, убийства, погромы, калечащие наказания, кровопролитные столкновения и проявления геноцида были обычным делом. Но в нашей с вами действительности Пинкер показывает (в том числе с помощью сотни с лишним графиков и карт), что все эти виды насилия значительно сократились и повсеместно все больше осуждаются обществом. Как это произошло?В этой революционной работе Пинкер исследует глубины человеческой природы и, сочетая историю с психологией, рисует удивительную картину мира, который все чаще отказывается от насилия. Автор помогает понять наши запутанные мотивы — внутренних демонов, которые склоняют нас к насилию, и добрых ангелов, указывающих противоположный путь, — а также проследить, как изменение условий жизни помогло нашим добрым ангелам взять верх.Развенчивая фаталистические мифы о том, что насилие — неотъемлемое свойство человеческой цивилизации, а время, в которое мы живем, проклято, эта смелая и задевающая за живое книга несомненно вызовет горячие споры и в кабинетах политиков и ученых, и в домах обычных читателей, поскольку она ставит под сомнение и изменяет наши взгляды на общество.

Стивен Пинкер

Обществознание, социология / Зарубежная публицистика / Документальное
Что такое антропология?
Что такое антропология?

Учебник «Что такое антропология?» основан на курсе лекций, которые профессор Томас Хилланд Эриксен читает своим студентам-первокурсникам в Осло. В книге сжато и ясно изложены основные понятия социальной антропологии, главные вехи ее истории, ее методологические и идеологические установки и обрисованы некоторые направления современных антропологических исследований. Книга представляет североевропейскую версию британской социальной антропологии и в то же время показывает, что это – глобальная космополитичная дисциплина, равнодушная к национальным границам. Это первый перевод на русский языкработ Эриксена и самый свежий на сегодня западный учебник социальной антропологии, доступный российским читателям.Книга адресована студентам и преподавателям университетских вводных курсов по антропологии, а также всем интересующимся социальной антропологией.

Томас Хилланд Эриксен

Культурология / Обществознание, социология / Прочая научная литература / Образование и наука