Есть эпигоны, которые выглядят жалко даже среди эпигонов, – это эпигоны Маяковского, Кафки, Пикассо, Матисса. Эпигоны великой школы реализма всегда будут сносны: они могут рассчитывать на интересность самого материала.
Все, что вы написали, пишете и еще только можете написать, уже давно написала Ольга Шапир, печатавшаяся в киевской синодальной типографии.
Романтики и реалисты
Настоящий романтик – прежде всего лицедей.
Жизнь движется быстрее Реализма, однако Романтизм всегда остается впереди Жизни.
Романтик пишет на полях классицизма.
Романтик, овладевший искусством, становится классиком.
В романтической школе я провел самые приятные годы своей юности, а под конец высек учителя.
Романтическое окружение – наихудшее окружение для романтического писателя. На Гауэр-стрит Стивенсон мог создать новых «Трех мушкетеров». А на Самоа он пишет письма в «Таймс» насчет немцев.
Откуда взялся натурализм? Ведь не из жизни же?!
Бальзак не больше реалист, чем был Гольбейн. Он созидал жизнь, а не воспроизводил ее.
Я реалист и не могу закрывать глаза на сюрреализм жизни.
Искренность в литературе
Вся скверная поэзия порождена искренним чувством. Быть естественным – значит быть очевидным, а быть очевидным – значит быть нехудожественным.
Истинный демократ пишет, как народ, – искренне, просто и скверно.
Когда критик говорит о книге, что она «искренняя», тут же понимаешь, что она: а) неискренняя и б) плохо написана.
Я не думаю, что поэзия выражает чувства. Она пробуждает чувства в читателе, а это совсем другое дело. Как кто-то сказал: «Хочешь выразить свои чувства – плачь».
Из хороших чувств рождается плохая литература.
Это слишком искренне, чтобы быть правдой.
Всякая исповедь стремится быть стройной и связной, и это ее портит. Человек сложнее, чем логика его мышления.