Б. Сосредоточение формирует целенаправленность,
а целенаправленность развивает способность сосредотачиваться. В результате мы имеемКогда мы научаемся воспринимать себя как жизнь и как Бога, границы неизведанного отступают, и ограниченные представления о себе, жизни и Боге обретают новые, более широкие масштабы. Лишь с достижением известной зрелости мы осознаем, что человек, жизнь и Бог – это фактически одно и то же. Духовный человек подобен безграничному небу, а человек физический подобен земному шару на этом небе. Небо может существовать и без Земли, но Земля не может обойтись без неба. Человек, который в данный момент уравновешен, способен видеть дух, потому что смотрит в этот момент сердцем.
Испуганный человек, к сожалению, видит то, что желает видеть. От увиденного мне стало ясно, почему восточная философия утверждает, что человек есть Бог. Христиане это не приемлют, поскольку христианством Бог выведен за пределы человека. Вернее, поставлен над человеком. Желание доказать свою правоту вынуждает человека пространно говорить о своей вере. Ему невдомек, что тому, кто много о чем-то говорит, именно этого отчаянно недостает. Кто верит, тот не разглагольствует о вере. Он верит.
С уст слетает то, что томит душу.
В уста отправляется то, что душе потребно.
Кто не способен общаться сердцем, тот пусть общается по крайней мере устами, тогда на сердце станет легче.
Кто держит рот на замке либо думает одно, а говорит другое, тому на сердце ложится тяжкое бремя. У кого сердце отказывает раньше, у того это бремя образовалось быстрее.У человека, здорового духовно и физически, центры духа, души и тела расположены настолько близко друг от друга, что в минуты полного душевного покоя могут даже объединяться один в другом. Где расположена эта точка? Если Вы ждете от меня ответа, спросите у себя: