На маленькую Гану Ян произвел неизгладимое впечатление. Образ удивительного мальчика глубоко врезался ей в память и с течением времени он не только не бледнел, но, наоборот, вырисовывался еще резче. Она часто рассказывала своим сестренкам о мальчике, у которого нет глаз. В воспоминаниях о нем все было прекрасным, необыкновенным и удивительным. Снова и снова она спрашивала мать, когда же наконец придет к ним та пани с мальчиком - она ведь обещала.
И всякий раз, когда обе матери встречались в парке на Аллее колясок, пани Гана напоминала приятельнице о ее обещании.
Но у пани Бедржишки теперь было очень мало свободного времени. Она работала с воодушевлением, уходила с головой то в одну, то в другую работу. Она была матерью слепого ребенка, и ее глаза стали его глазами. С тех пор как она познала радость быть матерью собственного ребенка, работы у нее еще прибавилось. Бедржишка делала все с еще большим подъемом, словно желая таким образом выразить благодарность за выпавшее на ее долю счастье. Каждый час был у нее строго распределен, и время прогулок с коляской было запланировано как отдых, как накопление сил для дальнейшей работы.
Наконец она решилась поговорить с Еником, предполагая, что прошло уже достаточно много времени, для того чтобы он успел "зализать" свою ранку. Ей хотелось, чтобы он немного "пообтерся".
С ним можно было говорить как с ребенком и как со взрослым. Он моментально приспосабливался к характеру вопроса и отвечал вполне разумно, всякий раз когда матери это было нужно.
- Еник, - сказала она ему однажды, приблизительно через месяц после того не вполне удачного посещения. - Ты помнишь еще Ганичку?
Мальчик внимательно "посмотрел" на мать, сразу же поняв, что последует за этим вопросом.
- Она просила тебе передать, - продолжала мать осторожно, - что ей очень хочется поиграть с тобой и чтобы ты к ней поскорее пришел...
- Почему же она тогда сама не придет ко мне? - спросил Епик.
- У нее две сестренки, и они тоже хотят познакомиться с тобой.
По лицу мальчика пробежала тень...
- Пойми меня, - заговорила озабоченно пани Бедржишка, стараясь показать, что она делится с ним, как со взрослым, своими заботами. - Мы должны нанести ответный визит, как этого требуют правила вежливости. Они были у нас, а теперь нам надо пойти к ним. Если тебе у них не понравится, мы больше туда не пойдем - прекратим это знакомство!
Ян на минуту задумался.
- Я понимаю тебя, мамочка, - сказал он. - Но ты только представь себе, в каком невыгодном положении я окажусь в чужом доме по сравнению с этими девочками. Они не только все видят, но их еще три, и они знают каждый уголок в своей Комнате. А у меня есть лишь одно преимущество по сравнению с ними, когда я дома, - мне тут все известно. Там же я с места сдвинуться не смогу. Ты ведь знаешь. Я буду там как потерянный, ты должна признать это, мама.
Действительно, Ян был прав - пани Бедржишка моментально признала это. Она даже почувствовала себя пристыженной. Как она сама не сообразила этого? Нельзя говорить об ответном визите, если дело.касается ее Янка! Пусть они приходят к ним, это второе посещение будем считать ответным визитом, а что будет дальше - увидим!
Угощение кончилось. Девочки вели себя образцово. Во время еды молчали и говорили только тогда, когда к ним обращались с вопросом. Они отлично знали, почему все это делали, - им хотелось снискать доверие мамаш, чтобы потом пойти с Еником в его владения и играть с ним там без надзора взрослых.
Ян прислушивался к голосам девочек, когда они отвечали, и старался связать голоса с именами. Ганин голос он узнал сразу, но с ним переплетались два других голосочка, которых он еще не знал. Он моментально научился отличать один от другого.
В его темном царстве их разделяла пропасть, хотя они и доносились почти с одного и того же места и даже как будто исходили из одного и того же источника. Но один голос принадлежал Аничке, а другой - Яничке. Он уже никогда не спутает их.
Наконец наступила минута, которую дети ждали с таким нетерпением. Они могут идти!
Пусть Ян померится силами с ними, - думает пани Бедржишка. - Пусть подерутся немного! Пусть его разокт другой хлопнут - три девочки на одного, но и разберутся между собой пусть тоже сами! Быть с ними, слушать их, охранять Еника - нет, это было бы свыше ее сил! Это было бы только мукой для нее и для него!..
- Почему ты не хотел прийти к нам? - спросила мальчика с упреком Гана, когда дети остались одни. - Я уже была у тебя, теперь ты должен был прийти к нам...
- Для меня это было бы трудно, пойми же наконец! Здесь я все знаю, понимаешь? Здесь я не заблужусь!
- У нас ты тоже не разбил бы себе нос,-начала Яничка, средняя из тройни. Все три девочки были на одно лицо - Яничка отличалась от сестер только тем, что ее любопытный носик был усыпан мелкими веснушками и что она ужасно любила смеяться. Ян установил еще за столом, что голосок с этим оттенком называли Яничкой.