Вот и получилось, что мы могли расстреливать цыган практически безнаказанно. Как говорится, у нас пикун
длиннее оказался. Наши пули косили их беспрепятственно, а ответный огонь был неорганизованный и, по большому счету, бессмысленный. Нет, они пытались отстреливаться конечно, вот только несерьёзно это все. Чтоб кто-то из наших попал под полю, ему самому пришлось бы для этого очень постараться. Так что общий счет 3−0 в нашу пользу. Почему три, ведь противников было четверо? Так один из молодых оказался поумнее остальных и, при первых же выстрелах с нашей стороны, сперва рухнул на землю. Потом перекатился в сторону (к ближайшему забору) и, пока мои ребята азартно лупили по пытавшимся огрызаться цыганам, перескочил забор, да и был таков. Даже ружье своё так и бросил на дороге. Видать, чтоб бежать сподручнее было.Надо сказать, что ускользнуть ему удалось без особых проблем. Всё-таки дистанция в 200 метров для городской застройки (пусть даже это частный сектор
) это действительно дистанция. И, пока они нагло шли по центру улицы, то были вполне на виду. Но стоило бы им хоть чуть-чуть прижаться к обочине и подпускать бы пришлось их гораздо ближе. Ибо скрылись бы в тени деревьев по краям тротуаров.
(та самая улица в Рябково — реальное фото)
Впрочем, история не терпит сослагательного наклонения. Получилось так, как получилось. Собатай, нахватавший больше всех попаданий, был мертв окончательно и бесповоротно. (Такое ощущение, что первую очередь все выпустили именно в него, как в самого опасного противника. В итоге изрешетили его в полный фарш.
) Один из молодых сбежал. Двое других упали рядом со своим старшим. Хотя один из них явно был всего лишь ранен, и уже на асфальте пополз вбок, пытаясь скрыться от очередей.Так что контролить
лежащих я отправился лично. Ну ещё только Тёмыча с собой взял. Остальные остались прикрывать со своих позиций. В отличии от наглых цыган я шел сверх осторожно. Перебегая по краю, вдоль заборов от укрытия к укрытию (от припаркованного еще до Беды автомобиля уже начавшего ржаветь, до дерева. От дерева до сваленной около забора кучи горбыля (как его еще не спалили зимой? Неужто им дров хватало?) и так далее.) Конечно, это сказывалось на скорости. Но знаете, я лучше потеряю пару минут времени, но пройду максимально безопасно…Собатая действительно контролить было излишне. Знатно его изрешетили. Но я всё равно дисциплинированно влепил ему пулю в голову метров с пятнадцати, когда мы уже подошли достаточно близко. Вот лежавший рядом с ним уже вызывал опасения. Как-то он так удачно упал, что взрослый цыган своим телом его прикрыл от наших очередей. Так что там вопросы были
, жив ли он или нет. Впрочем, на контрольный выстрел и он никак не среагировал. А вот третьего не было. Уполз, зараза! Впрочем, судя по кровавому следу, который он оставлял на асфальте, далеко он не уйдет.Так и оказалось. Раненый цыганенок нашелся буквально в соседнем дворе. Увидев нас он даже не пытался сопротивляться, а только заревел, словно ему не 12–13 лет, а года три максимум. Сморщил лицо и натурально заревел. И знаете, я дрогнул. Вот шёл контролить их вполне себе заряженный. Настроился. И первые два выстрела сделал, вообще не задумываясь. И никаких терзаний по этому поводу не испытывал (это Тёмыч вон побледнел, а меня не сильно тронуло
), а вот тут я дрогнул. По уму, надо было бы добить сопляка, но рука не поднялась. Недостаточно я еще очерствел. И это плохо.— Бросай оружие! — командую ему, не рискуя пока приближаться, и не сводя с него ствола своего автомата. Только дернись, парень, и я с удовольствием нафарширую твою тушку свинцом.
Впрочем, тот и не думал выёживаться. Послушно откинул в сторону макаров
и какого-то зверского вида нож. Ружье он, как и первый бегун, бросил там же, на улице. Ну тяжеловаты настоящие ружья для мальчишек. Тяжеловаты.— Тёмыч, свяжи его, — пихаю локтем своего помощника, не спуская глаз с нашего противника. Ну не доверяю я ему. Ни на грош не доверяю. Пусть и не хватило у меня духу с ходу его замогилить, но пусть он только даст мне хотя бы малейший повод…