Читаем Валькирии. Женщины в мире викингов полностью

Безусловно, упорство было важным фактором в стремлении добиваться желаемого вопреки обстоятельствам, о чем свидетельствуют письменные источники. Согласно «Саге об Эйрике Рыжем», одним из величайших достижений из всех, на которые когда-либо отваживались женщины, был побег Унн «Многомудрой» из родных шотландских земель и ее путешествие в Исландию. Семья Унн приехала на Британские острова из Норвегии, после чего она вышла замуж за конунга Олава «Белого», правившего в Дублине до того, как его убили в одном из непрекращающихся в те времена сражений[410]. В следующий раз мы встречаем Унн уже в «Саге о людях из Лососьей долины»: она потеряла мужа, после чего вспыхнуло очередное противостояние между скандинавами и шотландцами. Ее сын Торстейн тоже погибает в бою, после чего над Унн и ее оставшимися в живых родственниками нависает угроза быть взятыми в плен. Но благодаря своему упорству Унн удается раздобыть ладью и сплести (или купить) парус, после чего она вместе с большим числом последователей отплывает в Исландию. Рассказчик уверяет нас в том, что «не было другого случая, чтобы женщина сумела спастись от такой грозной опасности с таким большим богатством и столькими спутниками. Уже из этого видно, что она сильно выделялась среди всех остальных женщин». Это описание Унн как женщины крайне храброй и решительной согласуется со многими другими письменными источниками, в которых она упоминается[411]. Как мы уже говорили во второй главе, Унн в новых землях, далеко за Оркнейскими и Фарерскими островами, крайне успешно выдает замуж двух своих маленьких внучек, после чего поселяется в Хвамме, который сохранит за собой статус важного «места силы» вплоть до Средних веков. Мы не знаем, как долго Унн прожила после этих событий, но, исходя из дальнейшего текста саги, она была безраздельной правительницей Хвамма, раздавая земельные наделы соратникам и устраивая личную жизнь своих детей и внуков (см. также главу 6). О том, как Унн удалось занять эту территорию, рассказывается не совсем так, как о захвате земель воинами-мужчинами, но пример Унн позволяет предполагать, что порой женщины могли демонстрировать отличные лидерские качества, особенно если этого требовали обстоятельства[412].

Случай Унн описывается в саге довольно подробно, что свидетельствует о его исключительном характере, но при этом он не был единичным. Если судить по отдельным топонимам, то среди переселенцев, приехавших из Скандинавии в Англию в X веке, во время правления короля Кнута, были женщины-одиночки. В «Книге о занятии земли» мы встречаем упоминание о тринадцати женщинах без мужей, которые получали земельные наделы в Исландии[413]. Женщина по имени Торгерд теряет своего мужа по пути в Исландию по неустановленной причине; еще один мужчина был убит людьми короля Харальдя прямо перед отплытием, в то время как его вдова Асгерд все же отправилась в путь вместе с сыновьями и по прибытии «заняла землю между Кручей Лачужной Земли и Лесным Потоком»[414]. Наличие столь разных историй интригует само по себе, не говоря о том, что составители «Книги», живущие в XII и XIII веках, относились к ним как к важным историческим свидетельствам. При том что женщин-одиночек среди переселенцев было не так уж и много, авторы письменных источников считают, что чаще всего они оказывались в этом положении в результате внешних обстоятельств, а не самостоятельного выбора. Интересный пример того, как обособленно живет великанша, можно обнаружить и в «Младшей Эдде»:

«Тор остановился на ночлег у великанши по имени Грид. Она была матерью Видара Молчаливого. Она поведала Тору всю правду о Гейррёде, что, мол, великан очень хитроумен и трудно с ним справиться. Она одолжила ему свой Пояс Силы и еще свои железные рукавицы и посох, что зовется посох Грид»[415].

Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета

Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи
Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи

XVIII век – самый загадочный и увлекательный период в истории России. Он раскрывает перед нами любопытнейшие и часто неожиданные страницы той славной эпохи, когда стираются грани между спектаклем и самой жизнью, когда все превращается в большой костюмированный бал с его интригами и дворцовыми тайнами. Прослеживаются судьбы целой плеяды героев былых времен, с именами громкими и совершенно забытыми ныне. При этом даже знакомые персонажи – Петр I, Франц Лефорт, Александр Меншиков, Екатерина I, Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, Екатерина II, Иван Шувалов, Павел I – показаны как дерзкие законодатели новой моды и новой формы поведения. Петр Великий пытался ввести европейский образ жизни на русской земле. Но приживался он трудно: все выглядело подчас смешно и нелепо. Курьезные свадебные кортежи, которые везли молодую пару на верную смерть в ледяной дом, празднества, обставленные на шутовской манер, – все это отдавало варварством и жестокостью. Почему так происходило, читайте в книге историка и культуролога Льва Бердникова.

Лев Иосифович Бердников

Культурология
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света

Эта книга рассказывает о важнейшей, особенно в средневековую эпоху, категории – о Конце света, об ожидании Конца света. Главный герой этой книги, как и основной её образ, – Апокалипсис. Однако что такое Апокалипсис? Как он возник? Каковы его истоки? Почему образ тотального краха стал столь вездесущ и даже привлекателен? Что общего между Откровением Иоанна Богослова, картинами Иеронима Босха и зловещей деятельностью Ивана Грозного? Обращение к трём персонажам, остающимся знаковыми и ныне, позволяет увидеть эволюцию средневековой идеи фикс, одержимости представлением о Конце света. Читатель узнает о том, как Апокалипсис проявлял себя в изобразительном искусстве, архитектуре и непосредственном политическом действе.

Валерия Александровна Косякова , Валерия Косякова

Культурология / Прочее / Изобразительное искусство, фотография

Похожие книги

Алхимия
Алхимия

Основой настоящего издания является переработанное воспроизведение книги Вадима Рабиновича «Алхимия как феномен средневековой культуры», вышедшей в издательстве «Наука» в 1979 году. Ее замысел — реконструировать образ средневековой алхимии в ее еретическом, взрывном противостоянии каноническому средневековью. Разнородный характер этого удивительного явления обязывает исследовать его во всех связях с иными сферами интеллектуальной жизни эпохи. При этом неизбежно проступают черты радикальных исторических преобразований средневековой культуры в ее алхимическом фокусе на пути к культуре Нового времени — науке, искусству, литературе. Книга не устарела и по сей день. В данном издании она существенно обновлена и заново проиллюстрирована. В ней появились новые разделы: «Сыны доктрины» — продолжение алхимических штудий автора и «Под знаком Уробороса» — цензурная история первого издания.Предназначается всем, кого интересует история гуманитарной мысли.

Вадим Львович Рабинович

Культурология / История / Химия / Образование и наука