Читаем Вампир, нестрашный мне (СИ) полностью

- Сейчас пока так же как в остальных, а позже будет гораздо больше наглядного материала, практических, курсовых, знакомство с нежитью в естественной среде. Плюс преподавательский состав знакомый с нежитью не понаслышке. В сфере нежитеологии ДНИ самый престижный вуз. Здесь действительно обучают специалистов своего дела.

Несмотря на то, что вампир ничего предосудительного (да вообще почти ничего) не делал, я все равно чувствовала себя неуютно и то и дело ловила себя на мысли о побеге. Вот она аура страха в действии! Иррациональная тревога, которую ничем не успокоить. Черт, как она мне знаком! И как я уже устала с ней бороться за всю свою жизнь...

А вампир тем временем задал еще несколько вопросов об учебе. Неужели ему и правда, это интересно? Зачем он вообще меня расспрашивает?

На вопросы я, впрочем, последовательно отвечала, не задавая встречных и разглядывая большей частью свои руки. Мне всего-то полчасика продержаться, а дальше нужно будет срочно возвращаться в корпус. У первокурсников был строгий комендантский час с десяти вечера до пяти утра. Из корпуса общежития выходить запрещалось.

Я уже почти убедила себя, что на то чтобы дойти до корпуса мне нужно десять минут, а не пять, и приготовилась сообщить вампиру, что мне пора, как вдруг тот огорошил меня внезапным, совершенно не связанным с предыдущими темами вопросом.

- Я некрасивый?

Глаза сами по себе распахнулись от удивления во всю ширь. Это еще что за вопрос такой? О чем он? Что у него вообще в голове? Что значит некрасивый? Вообще можно сказать красивый вампир или нет? Что за идиотический вопрос? Он же не картина...

- Тэнна? - снова подал голос вампир.

Со стороны я, наверное, выглядела странно, в таком недоумении уставившись на свои руки.

- В каком смысле? - осторожно переспросила я, предположив, что, может быть, вампиры что-то другое вкладывают в смысл этого вопроса.

- Ты все время смотришь на свои руки. Тебе неприятно смотреть на меня? Я не красивый? - уточнил Риурс.

Я, уже не таясь, уставилась на вампира распахнув глаза во всю ширь.

- Й-й-я не р-разбираюсь в-в вампирской к-красоте, - запинаясь на каждом слове, проговорила я, ощущая нарастающую тревогу.

Что за ересь он спрашивает? Как мне вообще может быть приятно на него смотреть?! Что значит красивый, черт побери?! Что ему от меня надо? Я не понимаю! Почему он задает мне такие вопросы? Что все это значит?! Что он хочет со мной сделать?..

- Так я спрашиваю с человеческой точки зрения, - ответил тем временем вампир.

С человеческой? Красивый ли вампир с человеческой точки зрения? Он в своем уме?! Или я...

Я чувствовала, как внутри все медленно сжималось в комок. Говорить себе, что все в порядке было поздно. Все было не в порядке. Этот вампир была не в порядке!

- Вампир с человеческой точки зрения не может быть красивым, - начала было я и спохватившись добавила, опасаясь реакции вампира, - или не красивым. Вампир это вампир... Мне пора! Скоро отбой!

Я вскочила с лавочки и, откуда только прыть в подгибающихся коленях взялась, рванула к корпусу.

- Чего ты испугалась? Я что-то не то спросил? - услышала я недоуменный голос вампира у себя за спиной.

- Извини, срочно нужно вернуться, - крикнула я напоследок у самой двери и с невероятным облегчением захлопнула ее. Скорее в комнату, подальше отсюда. Не зря! Не зря я так не хотела сюда приходить! Как чувствовала, что все этим закончится! Какая же глупость, какая глупость...


Глухой, клокочущий рык вырвался из груди вампира сразу после хлопка двери.

- Пр-роклятье! - выругался Риурс и с размаху всадил кулаком в землю.

Кулак ушел глубоко, но никакого облегчения это ему не принесло. Вампир резко выпрямился, мазанув кончиками волос по земле и, пулей пронесшись по университетскому двору, оказался прямо на внешней стене.

- Дерьмо! - снова выругался он, невидящим взглядом уставившись вперед. Камень начал трескаться под пальцами вампира, но он этого не замечал. Светящиеся слегка пульсирующим светом глаза явно показывали, что даже рушащийся под ногами пол, да что там, даже рассвет, не обратили бы на себя его внимание. - Все я делаю не так... ВСЕ! - крикнул Риурс в тишину. - Черт, Нэль, как ты не вовремя уехал! - это уже было сказано тихо, но не менее эмоционально. - Как-то же ты нашел подход к своей человечке, хоть и говоришь, что ничего особенного не делал...


Все воскресенье я была никакая. Я то слонялась без дела по комнате, то принималась читать продвинутую вампирологую, которую мне давно подсунула Дот, то порывалась прибраться, падала без сил на кровать, но не могла заснуть. Я и так проспала не меньше двенадцати часов, куда уж еще. Но сил ни на что кроме тупого сидения у меня не хватало. Чертов вампир! Гребаный вурдалак! За что мне все это? Да, завтра мне станет лучше, а после и вовсе, если исключить встречи с вампирами, все будет прекрасно, но что мне делать сейчас? Что мне вообще со всей этой ситуацией? Так не может продолжаться! Я живой человек! Я не хочу сначала умирать от страха, а потом лежать без сил. И тем более я не хочу всю неделю жить в ожидании этого ужаса!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги / Публицистика
Следопыт
Следопыт

Эта книга — солдатская биография пограничника-сверхсрочника старшины Александра Смолина, награжденного орденом Ленина. Он отличился как никто из пограничников, задержав и обезвредив несколько десятков опасных для нашего государства нарушителей границы.Документальная повесть рассказывает об интересных эпизодах из жизни героя-пограничника, о его боевых товарищах — солдатах, офицерах, о том, как они мужают, набираются опыта, как меняются люди и жизнь границы.Известный писатель Александр Авдеенко тепло и сердечно лепит образ своего героя, правдиво и достоверно знакомит читателя с героическими буднями героев пограничников.

Александр Музалевский , Александр Остапович Авдеенко , Андрей Петров , Гюстав Эмар , Дэвид Блэйкли , Чары Аширов

Приключения / Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Советская классическая проза / Прочее / Прочая старинная литература / Документальное
Изба и хоромы
Изба и хоромы

Книга доктора исторических наук, профессора Л.В.Беловинского «Жизнь русского обывателя. Изба и хоромы» охватывает практически все стороны повседневной жизни людей дореволюционной России: социальное и материальное положение, род занятий и развлечения, жилище, орудия труда и пищу, внешний облик и формы обращения, образование и систему наказаний, психологию, нравы, нормы поведения и т. д. Хронологически книга охватывает конец XVIII – начало XX в. На основе большого числа документов, преимущественно мемуарной литературы, описывается жизнь русской деревни – и не только крестьянства, но и других постоянных и временных обитателей: помещиков, включая мелкопоместных, сельского духовенства, полиции, немногочисленной интеллигенции. Задача автора – развенчать стереотипы о прошлом, «нас возвышающий обман».Книга адресована специалистам, занимающимся историей культуры и повседневности, кино– и театральным и художникам, студентам-культурологам, а также будет интересна широкому кругу читателей.

Л.В. Беловинский , Леонид Васильевич Беловинский

Культурология / Прочая старинная литература / Древние книги