Но что со мной? Думается, меня захотели бы завербовать. Неплохой вариант. Я ушёл бы в братство могущественнее, получил доступ к б
Сомневаюсь, что нефтяные магнаты обрадуются двигателю на водороде. Из-за одного изобретения умрёт индустрия, на которой мир держался веками. Проще придавить, припугнуть, заплатить, шантажировать. Отложить опытно-промышленные испытания на год, второй, десять… Выкупить чертежи и расчёты… Избавиться от человека… Так и со мной.
Со слов Кумара продажа гербухи является четвёртым по прибыли бизнесом в городе. Моя оранжевая гербуха, как двигатель на воде для нефтяников. Она не только совершит революцию для потребителя, но и разрушит действующую годами сеть. Кому такое понравится?
Возможно, новый товар Битных уже не понравился крутым дядькам, а эти новые вводные о недельном плане и бракованном компоненте — их рук дело. В таком случае, меня однозначно грохнут. Вопрос времени. Это случится, когда развалится братство или, когда мы с Питоном придём в цех Вареного. Если нет разницы, значит нужно выбирать вариант с меньшим риском. Что-то подсказывало мне, что Вареный не ждёт нас в гости. А значит поступить нужно именно так. Сломать их планы. Пойти по своему пути, а не обреченно брести по выставленным указателям.
Не стану отрицать, что у меня была и своя цель. Черт бы побрал Варёного. Он работал в царстве ингредиентов. Любой варщик хотел бы побывать там, а я — особенно. Со способностью изучения компонентов на основе цветового распределения, я мог почерпнуть много нового. Открыть новый мир алхимии. Возвыситься. Получить власть, которая и не снилась моему отцу! А если нет, то хоть стырю чего-нибудь…
… … …
— Ты быстро бегаешь, малой, но я быстрее, — Питон поднялся на восьмой этаж со спортивной сумкой на плече. — Если что-то пойдёт не так — каждый сам за себя.
— Другого я и не ждал.
— Правильно! — Питон ткнул в меня пальцем и поправил зубочистку. — Быстро соображаешь. Мы вроде как скорешились в последнее время, но дохнуть за тебя я не стану.
— Ещё бы.
— Кумар рассказал про ваш разговор с Битой. Босс спрашивал, не хочешь ли ты прекратить тренировки. Ты отказался?
— Конечно. Занятия с тобой — сплошная лафа. Меня мама в детстве сильнее гоняла.
— Отлично, — Питон улыбнулся и протянул сумку. — Тогда в следующий раз я постараюсь выложиться на полную.
— Постарайся-постарайся, — я взял сумку.
Идти с голыми руками в логово врага — плохая идея. Питон понимал это лучше других. Когда экономические тёрки и трёп о торговле отошли на задний план, за дело взялся Питон. Советы ему не требовались.
Питон — бунтарь, мятежник, плохиш. С такими как он никто не хочет иметь дел. Однако, когда разговоры и закулисные игры отходят на задний план, а на передний выходят пушки и грубая сила. Лучше не найти. В своём деле Питон был не просто хорош. Он был чертовски хорош.
За завтраком пятёрка ребят, которые находились в братстве на подготовке — постигали материю и развивали навыки, чтобы стать солдатами — постоянно говорили о Питоне. Последней ходила история про стычку с Варварами. Говорят, в отместку за смерть друга Питон уложил троих. Ломанулся в заведомо проигрышную позицию и на волевых с поддержкой агрессивного безумия, размотал одарённых в одиночку. Такое случается нечасто…
— Вот эту фиговину надень! — Питон достал из сумки пластмассовый нагрудник.
Штуковина напоминала хоккейную защиту. Предназначалась для ношения под одеждой. Прорезиненная пластмасса толщиной пять миллиметров почти ничего не весила. Я надел её через голову и затянул ремни:
— Что это?
— Плевка.
— А?
— Плевка, — Питон улыбнулся. — Легковесная защита от проникающих ударов по структуре одарённого.
— По материи?
— Что за материя?
Я сказал Питону, чтобы энергетическую структуру одарённых правильнее называть материей. Из-за чужеродного естества. Материя играла в паре с телом, но в первую очередь беспокоилась о себе. Структура же подразумевает нечто входящее в состав или основополагающее, а это не самое подходящее название для материи.
— Ой, заткнись ты уже, зануда! Бушь много лепетать — один к Вареному пойдёшь!
— Ага.
— Плевка не защитит от огнестрела, но снизит силу проникающего удара. Будь на тебе эта штука во время прошлой тренировки — не провалялся бы так долго в отключке.
— Ясно, — я вспомнил удар, который обесцветил материю, и долгое восстановление надломленного звена ловкости
. — Думаешь, они убьют нас?— Нас — не знаю, — Питон пожал плечами. — Тебя бы я точно грохнул. Слишком много вопросов задаёшь. Держи!
В ладонь легла рукоять пистолета. Эта пушка показалась тяжелее, оружия Розового, хотя выглядела примерно также. Главное визуальное отличие — утолщённый корпус в начале ствола.
— На курок не жми! — сказал Питон. — Ядер там всё равно нет.
— Ядер? — переспросил я и удивился ещё сильнее. — Как это нет?! Зачем тогда…?