Читаем Вдова узурпатора полностью

Я кинулась и схватила в объятья мокрого братца, а

он яростно вертел головой, изо всех сил пытаясь

удержать на прицеле краснорожего. Начали стучать в

дверь.

- Он сказал... ужин... - Афарас коснулся шеи

ладонью там, где виднелось красное пятнышко,

надавленное глушителем.

Дверь затрещала, полетели щепки, выворотив "с

мясом" замок, в номер ворвался гостиничный

полицейский с револьвером наготове. При виде

распростертых тел он на секунду остолбенел, потом

рявкнул: "В чем дело?!"

- Ведьма! - простонал краснорожий, с ненавистью

глядя на меня.

В номер набилось столько народу, что негде было

ступить. Сияющий Клюс в десятый раз рассказывал, как

он стоял за открытой дверью, пока бандит осматривал

ванную, и как обнаружил, что "случайно" захватил

настоящую "бакку". В случайность я позволила себе не

поверить: мой братец - человек удивительно шустрый и

в оружии разбирается лучше меня. О, Ламас, этот

парень должен дожить до совершеннолетия, иначе мир

устроен слишком жестоко! Моя мать умерла, когда мне

было столько, сколько сейчас ему, а он свою не видел

вовсе. Вообще-то, я тоже ее не видела. Клюс -

незаконнорожденный. Отец ничего не рассказывал мне о

его матери, из всех наших людей лишь Дим Фут что-то

знал об этой истории, но предпочитал держать язык за

зубами. Я просила тебя, Ламас, нарисовать ее портрет,

а ты вместо этого велел мне сходить и посмотреть на

Клюса. Отец усыновил Клюса, объявил законным

наследником, а два года назад отрекся в его пользу от

престола. Он здорово любил Клюса, да этого вихрастого

оболтуса не любить трудно... Хотя, у некоторых

получается. У Дана Ита, скажем. Когда он видит этот

каштановый чубчик рядом с моей соломенной гривой, у

него рот на сторону сворачивается. Как смешно, что

именно он оказался нашим опекуном...

Нас перевели в другой номер и принесли роскошный

ужин, после чего Афарас уселся у двери и поклялся не

смыкать глаз до самого утра.

6

Проснулась я оттого, что двери буквально

высаживали. Чей-то сиплый голос басил: "Госпожа

принцесса! Господин король!" Одежду я с вечера

отдала чистить, поэтому набросила зеленый гостиничный

халат прямо на ночную сорочку и поторопилась открыть.

За дверью оказался уже знакомый комиссар полиции в

новом, великолепно отутюженном мундире. Глаза

комиссара уставились на спящего у порога Афараса, а

руки нервно одернули сукно мундира.

- Прошу прощения, - комиссар отвел взгляд от

незадачливого телохранителя и живо заинтересовался

моим халатом. Я машинально проверила пуговицы,

застегнула нижнюю и пригласила стража порядка

присесть.

- Я позволил себе побеспокоить вас в столь ранний

час по весьма уважительной причине... - выдав эту

длинную фразу, комиссар значительно кашлянул. Если

ему хотелось заставить меня нервничать, то результата

он достиг. Неужели водитель "газели" заговорил?

- Тело вашего грабителя исчезло из морга.

- В самом деле? - я постаралась придать голосу

равнодушие.

- Но какого именно? В вашем славном Амадане мы

столкнулись уже с пятью.

Комиссар побагровел и утер лысину платочком. Он

явно чувствовал себя не в своей тарелке.

- Среди них грабителем был только один. Прочие

намеривались похитить Их Величество с целью шантажа.

Неизвестные лица проникли в помещение морга, взломали

запоры и вынесли тело человека, напавшего на вас в

районе вокзала.

- А сторож? - в дверях спальни появился Клюс в

ночной сорочке до пола. Подходящей по размеру одежды

ему не нашлось, и братец лихо щеголял в клоунском

наряде.

- Сторож ничего не слышал.

- Ну и город у вас, господин комиссар, покойников

и тех воруют!

Кресло под комиссаром заскрипело, а капли пота

побежали уже по щекам. Он сильно нервничал, бедный

толстяк.

- Известно, что в вашем королевстве имеются

приверженцы магии, ваш культ Света и Тьмы...

- Давайте не будем обсуждать государственную

религию. Что вы хотите от нас?

- В Амадане запрещена любая волшба. Есть

предположение, что преступление в морге осуществлено

с целью совершения некого гнусного ритуала.

Магического ритуала!

- Ну и что? - спросила я довольно резко. - При чем

здесь мы? Мы по вашим моргам не лазали, покойничков

не крали!

- Что вы, что вы! Я отнюдь не собирался

приписывать столь чудовищное преступление особам

королевской крови! Я только хотел уточнить отдельные

детали.

- Так уточняйте поскорее! - велел Клюс. - Я

собираюсь умываться!

Братец с истинно королевским величием скрестил на

груди руки и выставил вперед босую ногу.

- Свидетели утверждают, что был произведен взрыв,

а между тем, никаких следов взрывного устройства не

обнаружено!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее