Она споткнулась уже через семь шагов. Тело, всегда выполнявшее приказы мозга, внезапно показало свою слабость. Маленький камешек, подвернувшийся под ногу, вызвал потерю равновесия. Алёна даже вскрикнуть не успела, как уже рухнула плашмя, разбивая лицо в кровь. Она, наверное, на несколько секунд потеряла сознание. Ничем иным объяснить тот факт, что в следующий миг её безвольное тело уже поднимали сильные руки орка, объяснить было нельзя. Девушка хотела вырваться, обругать громилу, но у неё просто не осталось сил. Даже слабый стон не желал звучать, настолько ей было плохо.
- Помогу. До вершины, - прогрохотал Кишкодёр.
Чем-чем, а галантностью орк не отличался. Он не стал нести девушку на руках, как невесту, а просто перекинул беспомощное тело через плечо, будто мешок картошки. От столь небрежного, даже пренебрежительного отношения на глазах рыжеволосой выступили слёзы. Эта слабость была противна воительнице, выворачивала душу наизнанку, но как же от неё избавиться? Никак невозможно! Никак!!!
Когда орк остановился и сбросил её с плеча, Алёна не сразу поняла, что они добрались до вершины. Тем более, что она фактически оказалась спиной к цели. Сразу повернуться у неё не получилось в силу того, что ноги едва не подкосились от внезапно появившейся необходимости удерживать тело в вертикальном положении. Покачнувшись, воительница опёрлась о грудь Киша, что только и спасло от падения. Прикрыв глаза, она собиралась с духом, чтобы идти самостоятельно.
В голове гудело от разных мыслей. Казалось, будто в черепе одновременно находится целая толпа спорящих друг с другом людей. Гул их голосов сводил с ума, а избавиться от него было невозможно. Хотя… Гудящий звук исходил откуда-то со стороны. Он был знакомым, вот только девушка никак не могла вспомнить, откуда. Пришлось открыть глаза и посмотреть.
На вершине холма росло множество самых разных цветов, среди которых господствовали ярко-красные маки. И сейчас, в приближающихся сумерках, над ними кружились большие мохнатые пчёлы. Алёне даже показалось, будто она никогда не видела таких крупных насекомых. Взгляд её скользнул в сторону, обнаружив в отдалении, шагах в десяти несколько добротно сделанных ульев. Пчелиные домики навевали такую ностальгию по мирной жизни, что сердце воительницы невольно защемило. Впрочем, ненадолго. Алёна разглядела рядом с пасекой ещё один предмет, от которого от всей милоты и пастельности не осталось и следа.
Пчеловод лежал на траве, раскинув руки и глядя в небо. Его окладистая голова была испачкана красным. То, что это был не мёд, а именно кровь, стало понятно сразу, как только Алёна увидела большую рану на груди. У бедолаги просто разорвали грудную клетку и вырвали сердце. Пчёлы летали рядом, не обращая ни малейшего внимания на своего покровителя, продолжая собирать нектар с цветов.
Созерцание столь дикого, невозможного зрелища разом вырвало воительницу из пучины раздумий о собственной усталости и необходимости двигаться дальше. Казалось, будто её схватили за волосы и рывком вытащили из болота, где она тонула последние несколько часов. Она внезапно увидела, насколько отвратительны те, за кем она гонится. И собственные проблемы перестали казаться важными и существенными, отступая в тень, практически растворяясь без следа. Бездушность содеянного теми, кто по недоразумению называли себя людьми, потрясала до глубины души.
Алёна развернулась (едва не упав и удержавшись только потому, что успела схватиться за стоящего орка), и посмотрела на склон холма, на вершине которого они стояли. Дорога, по которой они шли, раздваивалась. Левое ответвление вело в живописную деревушку, состоявшую из трёх десятков дворов. Домики были ладные, крепкие, некоторые имели даже два или три этажа. В общем, появлялось полное понимание того, что жили здесь вовсе не нищие люди, а очень даже обеспеченные и деловитые. Хотя в тех бегающих фигурках, которые можно было различить с холма, эта самая деловитость и степенность отсутствовала напрочь. Что поделаешь, появление на улицах злобных демонов и оживших мертвецов враз снимает с любого человека шелуху цивилизованности, обнажая его истинную сущность. Кое-где уже занимались пожарища, которые грозили превратить в пепел эту мирную деревеньку. Без помощи воинов, способных дать отпор исчадиям ада, у здешних обитателей шансов никаких не было.