Да уж странная переписка, ничего не скажешь, а при личном общении еще больше информации на тебя сыпется? Тут ее взгляд упал на часы.
– Блин, – сорвалось с губ, когда она уже набрала номер и слушала длинные гудки.
Время половина одиннадцатого, а Виктор не дома и не позвонил. Что за беспечность?!
– Да? Солнышко мое, я уже еду.
– Я тебя потеряла, поздно уже.
– Знаю, моя хорошая, мы уже подъезжаем. Пять минут.
– Жду.
Глава 9
— Малышева, можно я закурю?
Он в очередной раз ночевал у Насти. Опять все кончилось тем, что споры и угрозы перешли в поцелуи, а поцелуи во все остальное. Хорошо, что хоть ее мать жила у своего хахаля, как называла девушка очередного ухажёра матери, иначе вышло бы неудобно.
— Леонов, бросай эту вредную привычку, заводи другую, — обнаженная подруга пододвинулась к нему поближе. – Два часа ночи, какое курить? Спи.
— Под другой вредной привычкой ты подразумеваешь себя? – он улыбнулся и, стараясь не думать о новой порции никотина, повернулся, чтобы обнять Рысь.
— Интересное сравнение. То есть, вместо сигареты я? – нахалка поерзала, вызывая положительный ответ на свой вопрос.
— Напрашиваешься, Малышева, — Владимир, повинуясь порыву, поцеловал девушку.
— О, напугал! – хихикнула Настя, прерывая поцелуй — Ну что? Я вместо сигареты?
— Зараза, — только и смог ответить Инквизитор, возвращаясь к поцелую.
— Ты где ночуешь? – терпение отца, наконец, лопнуло.
Виктор мог только посочувствовать брату, что в кои-то веке решил ночевать дома. Отец был старой закалки, хотя разрешал многое, но такое исчезновение по вечерам,без объяснения, где и с кем, да еще и неделю подряд, — простить не мог.
Колдун тоже, наверное, обиделся бы на брата, если бы все это время сам не пропадал на работе с утра до ночи.
— А это так важно? – огрызнулся Владимир.
Сколько помнил младший из братьев, каждый разговор этих двоих заканчивался руганью. Характеры не позволяли мирно решить ни один вопрос.
— Поговори мне тут еще! Ты пока живешь в моем доме! – Виктор поморщился и посмотрел на Инну, что обеспокоенно переводила взгляд с одного на другого, веселое начало дня, ничего не скажешь.
И это когда ему, наконец, дали выходной, так всегда вечно что-то испортит настроение!
— Может, мне съехать? – тут же вспылил старший. – В Германии живу плохо, вернулся домой, тоже плохо – определись!
— Не смей так со мной разговаривать!
— А то что?
Ссора набирала нешуточные обороты. Иногда поражала способность тихого и рассудительного брата выходить из себя каждый раз при попытке отца показать, кто в доме главный.
— Так, успокойтесь оба! Пап, у Аськи он ночует, а бесится, ибо определиться не может в этих отношениях они с ней. А ты перестань заводиться с пол-оборота, тебя никто не осуждает.