Я лишь неопределённо пожала плечами. Мне родственные отношения вообще сложно давались. Собственный отец и старшая сестра только недавно пытались меня убить.
Как-то всё идет совсем по другому сценарию. Не тому, что я нарисовала у себя в голове.
— Я не стану выступать против ваших отношений. Мой муж тоже. Но как будет вести себя светское общество, сказать не могу.
Лютик чуть не подавился, но сдержался, тихонько кашлянув. Попытался достучаться мысленно, но я отмахнулась. Не до него сейчас было.
— Общество? — кисло уточнила у неё.
Про него я думала в последнюю очередь. А зря.
— Ну конечно. Ты же понимаешь, что мой сын не рядовой инквизитор. Да, ваши отношения скажутся на его карьере. Но теперь, когда ты признана королём, официально станешь наследницей Мейсонов, всё может заиграть по-другому. И у моего сына есть все шансы стать следующим главным инквизитором. Тем более что всё к этому и идёт.
Кот уже пакостно хихикал в своём углу. Или это нервный тик. Сказать сложно. Я сама была готова истерически хохотать над всей этой ситуацией.
— Светские приёмы, рауты, толпы журналистов, постоянный контроль и прочее. Ваша жизнь всегда будет на виду. Вы будете на виду. От работы придётся отказаться. Сама понимаешь, что тебе не позволят заниматься мелкой торговлей.
— А как же вы? — выдала я.
— А я инквизитор, это совсем другое. Но мне тоже пришлось всё оставить, когда родился Рой. Кстати, о наследниках вам тоже стоит подумать. Два как минимум.
Ой, что-то мне стало еще хуже. И голова закружилась. Всё происходящее напоминало театр абсурда. Тут неизвестно, чем закончится наш с ним разговор, а эта женщина мне уже будущее описывает в кровавых подробностях.
Только я не хочу всего этого.
«Знаешь, а ведь в чём-то она права», — задумчиво проговорил Лютик.
«Заткнись».
«А что поделаешь. Мужик он видный, метит на титул главного инквизитора, особенно сейчас. А ты рядом».
Меня снова затошнило. Причем так сильно, что горькая слюна подступила к самому горлу.
— У вас всё? — сглотнув, спросила я.
— Всё. Надеюсь, мы друг друга услышали? — поднимаясь, произнесла женщина. — Понимаю, ты сейчас шокирована. Но лучше сейчас всё решить и сделать выводы, чем позже, когда будет больно вам обоим.
— Несомненно.
После её ухода я забралась в кровать и долго лежала, глядя в потолок.
Ведь она права. Во всем права. Мне придется жить его жизнью, под вечным прицелом камер и светского общества.
— И что дальше? — запрыгивая ко мне, спросил Лютик. — Сдашься?
— При чем тут сдашься? — с досадой отозвалась я.
— А что тогда?
— Она ведь права. Я не смогу жить его жизнью.
— Ты про долго и счастливо?
— Рой мне не предлагал жить долго и счастливо. Он вообще не явился, — заметила я. — Третий день прошел, а от него ни весточки. Телефон по-прежнему заблокирован. И что я должна думать? И с чего ты вообще взял, что Эртан этого хочет? Может, он просто боится сказать мне в глаза, что всё кончено. Противоядие он получил, врагов наказал, а то, что было между нами, просто легкая, приятная интрижка.
— Ты сама-то в это веришь?
— Я не знаю уже, чему верить.
— Может, ты просто боишься?
Убила бы его за проклятую проницательность.
Вот теперь и думай, насколько сильно я его люблю. Решусь или нет полностью изменить свою жизнь ради него? Или то, что я об этом задумалась, уже говорит не в мою пользу? Проклятье, я совсем запуталась.
А Рой всё не приходил. Мне больше всего на свете надо было встретиться, посмотреть ему в глаза и сделать выбор. В конце концов, жизнь в столице может оказаться не такой плохой, как описала её леди Эртан. Да, мы будем на виду, но вместе. И к рождению детей меня принудить никто не сможет.
Так что всё дело за ним. Придёт, и мы всё выясним.
Вечером я листала новости. Ничего нового. Арест Стоуна наделал много шума, производилась чистка среди его подчинённых, и многие высокие шишки слетели со своих постов. Часть уже были взяты под стражу.
В той заварушке никто не погиб. Даже Роуз выжила и теперь находилась на принудительном лечении в психиатрической клинике, где проходила длительный курс реабилитации. Прогнозов никто не строил, но шансов на полное восстановление было мало.
Была пара статей о Деборе и о том, что её, возможно, обвинили неправомерно. Пока только предположения, но в ассоциации ведьм и магов это восприняли очень болезненно и уже готовили прошение о проведении нового расследования и самом строгом наказании виновных. Страшно представить, что с ними случится, когда меня объявят наследницей и вернут часть наследства Мейсонов.
А потом я наткнулась на снимок Роя и леди Габриэллы. Они, смеясь и широко улыбаясь, держались за руки и смотрели друг другу в глаза.
«Источник, близкий к королевской семье, утверждает, что совсем скоро Его Королевское Величество даст официальное объявление о помолвке Роя Эртана и леди Габриэллы».
Отложив в сторону планшет, я некоторое время просто сидела, глядя перед собой. Может, оно и к лучшему. История Деборы отлично показала, что любовь и ведьма — это две вещи, которые несовместимы.
— Ты чего? — сразу насторожился Лютик, заметив моё состояние.