Высадили меня, бирюки окаянные, незнамо где. Точнее, где догадаться не сложно. А вот как отсюда попасть в ставшую почти родной таверну?
Покрутилась и пошла в обратную сторону от удаляющейся процессии. До первой развилки.
Я когда с царевичем беседы вела, за дорогой совсем не следила. Вот расплата. Не знаю куда идти и на улице никого.
— Глядите мужики, кого к нам принесло! — из ближайшей подворотни по одному вынырнули три мужика не самой приятной наружности. День только за середину перевалил, а все трое горилки перебрали!
И не боюсь я вовсе. Хоть маленькая, а они большие, но как заору, полцарства сбежится. Просто стратегически отступаю маленькими шагами. Спиной вперед.
— Мужики, а как к рынку пройти? Направо, аль налево?
— Лучше прямо, — осклабился, щербатой улыбкой заводила. — Там амбар удобный есть. Все вместе дорогу через него и покажем.
Что имеем? Пытаются зажать. Один на месте стоит, двое со сторон обходят. Вот и скажите, что от боевых ведьм вред только был? Они еще и людей защищали от всяких убл…
— Дорогая! — восторженный крик на всю улицу. Покрутила головой, вокруг ни одной представительницы прямоходящих, которая тянула бы на сие почетное звание. Зато из-за поворота вышел Еремей и, похлопывая по рукояти меча со счастливой улыбкой ко мне идет. — Эти, — грозный взгляд в сторону пьянчуг, — к тебе приставали?
— Сматываемся, — первым сообразил, чем дело пахнет, заводила.
Вздохнула с облегчением, смотря вслед протискивающимся в дыру в заборе хулиганам.
— Вот скажи-ка мне Глафира, как тебя одну оставить? Уехал всего на неделю. Попала к царице. Простился на полдня — увезли в неизвестном направлении. Вечно в истории попадаешь. — и укоризненно так головой качает.
— Без тебя как-то жила раньше и сейчас справлюсь, — проворчала в ответ не желая последнее слово за ним оставлять. Правда сейчас бы не справилась… Главное все обошлось. Ведь так?
Усмехнулся Еремей, но спорить не стал.
— Ты откуда здесь взялся? — спросила, идя следом.
— Забава позвала, — чуть поморщившись, отвечает. — Пока понял, что случилось еле догнать успел.
Свернули два раза прошли немного прямо и оказались у самого входа в таверну. Удивительно как близко. Я бы через торговые ряды пробиралась.
— Отдыхай, завтра путь не близкий будет. — Меня погладили по голове. — Все, что нужно сам приготовлю.
Еремей почти вышел за ворота, когда крикнула вдогонку:
— Спасибо!
И опрометью бросилась в свою комнату.
Утро, словно мое настроение, выдалось пасмурным. Только-только занялась зорька, как разбудила Забава, вся в нетерпении от нового приключения. Пока я умывалась, успела наши вещи собрать в дорогу, на ходу вопросами закидывая.
— Уймись, — цыкнула на нее. — И так голова болит.
— Ну, и ладно, — обиделась на меня сиротка, — я у Еремея спрошу, он уже во дворе поджидает.
Спустились вниз, хозяин проспал. Завтрак нам не приготовил. Полез с бутербродами, да хорошо Забава перехватила его. А то одна злая ведьма могла дел натворить.
Вышла во двор, тут тоже хмурые все стоят. Князь Еремея глазами сверлит, а тот в долгу не остается. Хорошо хоть дружину еще вчера назад отправили. Только одна забава козликом вокруг скачет. Лошадок рассматривает.
— Это что? — князь у меня спрашивает.
— Не что, а кто. Моя дружина, — не смотрю на такого грозного вершителя чьих-то судеб, а иду к купцу. Надо же узнать, что он подготовил, а о чем забыл.
— Какая дружина? — не понял мужчина.
— Слишком шумная, — гладя коренастую гнедую лошадку по белой звездочке, отвечаю. Ее мне Еремей привел. Хоть и маленькая на фоне богатырского коня, но ладненькая и глаз добрый.
Подскочил ко мне купец, подкинул в седло, как листочек.
— А меня? — не смогла смолчать Забава.
Хмыкнула и тронула свою лошадку. Пущай догоняют.
— У нас уговора о спутниках не было, — догнал меня Ольгред подстраивая ход своего скакуна.
— Не было, — не стала отпираться. Разговаривать с кем-то хотелось все меньше.
— Так зачем тащить кого-то? — злиться, в голосе проскакивают гневные нотки, но по виду толком не скажешь.
— За надом, — равнодушно отвечаю. Подул легкий ветер с востока. Принес запах хризантем, георгинов, и, кажется, бархоток. Скоро дождь будет. Повезло с погодой. — Гред, доверься мне, — повинуясь какому-то порыву, повернулась в седле, чтобы видеть мужчину, — без них дорога не сложится.
Пришпорила коня пытаясь промчаться наперегонки с ветром.
— Гред?! — донеслось больше удивленное, чем раздраженное восклицание.
Ну, не свет мой батюшка же мне его называть?
Вот как начался день так кривобоко и пошел!
Стоило нам только отъехать от городских стен, как пошел по-летнему сильный дождь, промочивший от самой маковки до пят и только после этого умчавшийся вдаль.
Вот спрашивается, почему бы не применить магию, да и не развеять тучку! Хотя, да нельзя. И сама понимаю. Здесь развею, а где-то наводнение из-за дождя случиться, а тут поля высохнут. Вот и мучайся ведьма, хоть и лесная.
Зато сразу за дождиком солнышко вылезло, и начало так старательно нас сушить, что очень скоро тучку назад мысленно звала. Вот и пойми нас женщин. И то не так и это не сяк.