Курт внимательно посмотрел на Третьего, потом огляделся.
– А ты чем тут занимаешься? Тратишь лишние аккумуляторы?
– Я думал, получится восстановить контакт с остальными. Это не стена, волны двигаются. А Улей что, тоже без…
– Да. В этом и проблема. Так что нам надо скорее всем объединиться, а для этого не медлить, да и путь не близкий ни разу, если ты забыл. И… – Курт увидел на встроенном в стол экране почти законченную передачу информации, шкала была заполнена на девяноста восемь процентов. – Что это? Ты смог?
Он подошел ближе, но Третий быстро закрыл все окна.
– Нет. Просто проверка системы была, думал, может, получится усилить передатчик, но тут же и так железо везде, а значит…
Но Курт не верил. Третий замолчал потому, что увидел это. Сомнение в глазах человека, который уже неведомо как, но общался с внешним миром, было невозможно перепутать с чем-то другим.
– Что происходит?
Третий молчал.
– Ты передаешь данные, а значит, есть контакт с кем-то за пределами Вектора. Но почему тогда ты не рассказал нам о нем? Почему скрываешь? Мы же можем тогда с ними созвониться и… Или ты скрываешь потому, что мне не положено знать? Или не положено знать нам – Мойре, Анне, всем, кто здесь находится?
Третий все это время лишь молча следил за размышлениями Курта. Как только тот закончил, он еще некоторое время думал: стоит ли дальше лгать – или же рассказать правду? Оба варианта казались ему дорогой в один конец. Поэтому он просто выстрелил несколько раз в компьютер, прямо в монитор сверху, тем самым разбив экран и все внутренние платы. После чего обратился уже иным тоном:
– Я не обязан отчитываться перед тобой. Но я понимаю твое смятение. Нам было приказано вернуться – значит, возвращаемся. Обещаю, что никому из вас вреда не нанесу.
Третий протянул пистолет рукояткой вперед. Ошеломленный Курт медленно взял его свободной рукой, глядя то на оружие, то на хладнокровного Третьего. Еще секунд десять они молча оценивали друг друга, один ждал дальнейших действий так, словно и не произошло ничего странного, второй же прокручивал в голове кучу вопросов, все время утыкаясь в знание, что ответов ему не дадут. Курт хотел сказать, просто сказать, что если кто-то пострадает из-за нынешнего положения, то именно Третий будет в ответе, ибо тем или иным способом его причастность имеет место быть. Но, к сожалению, они стояли на месте слишком долго. Ужасный крик – скорее, даже нечеловеческий вопль – раздался позади Курта, там, за глухой дверью напротив входа в этот кабинет. На лице Третьего чрезмерная холодная самоуверенность сменилась вполне живым человеческим страхом. Крик этот разносился вокруг них, после чего створки, куда они только-только уставили свои взгляды, не выдержав натиска, выломались. Длинные веревки – нечто близкое к змеям – устремились сгустком в сторону Курта, но тот успел откинуться в сторону, выронив от страха оружие и непроизвольно дав им полный доступ к телу Третьего. Черно-красные тонкие змеи обвили его всего и начали уверенно утаскивать вовнутрь черного помещения, где прятался владелец. Курт схватил Третьего за руки, пытаясь удержать.
– Помоги мне, пожалуйста, помоги!..
Тот кричал, ему было страшно, вся уверенность испарилась без следа. Курт держал его за обе руки на вытянутых своих, стараясь тянуть на себя, но невиданный монстр тащил и тащил. Курт уперся левой ногой в косяк двери, и это помогло замедлить поглощение. Все происходило очень быстро. Третий смотрел на него в оба глаза, совершенно не скрывая безумного страха.
– Держись! Достану нож!
Курт смог левой рукой удерживать Третьего и, достав нож правой, начал резать эти веревки в крайне неудобной позе. Некоторые быстро рубились пополам, заливая все вокруг кровью, некоторые были потолще и легко не давались. Они были все влажные, скользкие, дергались и двигались словно под электричеством, большинство же крепко обхватило Третьего в свои объятия, чуть ли не ломая ему кости. Единственный свет от его фонарика почти всегда упирался в лицо Третьего, который в это время сам постарался достать свой нож, прерывисто крича. Он неожиданно ощутил, как все крепче и крепче они его стягивают, не позволяя даже полноценно двигать рукой, не говоря уже о том, что нож уже недоступен, – большая часть тела обмотана.
– Курт! – Он заставил его отвлечься и посмотреть в смирившиеся глаза. – Я не плохой человек, я не хотел, чтобы с вами что-то случилось.
– О чем ты?
– Передай братьям, что я хороший человек, хороший, слышишь, хороший! Я все делал правильно! Пожалуйста, я хороший человек!
– Нет, нет, нет, даже не смей…
– Сбой связи и взрыв не случайны, все это больше, чем вы все думаете! Нам запретили говорить остальным…