Историки не могут утвердиться в решении, случайно ли совпало знакомство Алексея Михайловича с Натальей Кирилловной со смотром невест, которое государь назначил на конец 1669 года, или царь заранее назначил Нарышкину себе в жены, а смотрины проводил с целью соблюдения старинных обычаев и «политеса», но выбор был сделан и свадьба назначена. Однако торжество чуть не сорвалось: в царском дворце были найдены два подметных письма, в которых неизвестные обвиняли Артамона Матвеева в колдовстве и чернокнижии. Из-за разбирательства свадьбу отложили, но следствие закончилось для Матвеева благополучно, и 22 января 1671 года Наталья Нарышкина была обвенчана с царем Алексеем Михайловичем в Успенском соборе Кремля.
Счастливая жена
В первом браке у Алексея Михайловича родились восемь детей: две старшие дочери были почти ровесницами молодой мачехи, царевне Софье шел четырнадцатый год, затем четверо погодков – три дочки и сын Федор, и самый младший, четырехлетний Иван. Но все они не отличались крепким здоровьем, и царь хотел еще одного наследника от молодой жены, а потому появление на свет царевича Петра 30 мая 1672 года стало для него событием долгожданным и радостным. В честь рождения первенца отцу царицы Кириллу Нарышкину и ее воспитателю Артамону Матвееву было жаловано звание окольничьих, а дядя царицы Федор получил думное дворянство.
Петра Алексеевича крестили 29 июня в Чудовом монастыре, в честь чего в Грановитой палате «дали стол», на который поставлено было более ста различных блюд, «сахаров и овощей», как тогда называли сласти: огромные коврижки с гербами Москвы и Казани, сахарные орлы и лебеди весом по два пуда, леденцы, марципаны, залитый патокой имбирь, цукаты… Подарками жаловали всех, от духовенства и знати до стольников, постельниц и караульных стрельцов Красного крыльца, праздновала вся Москва.
Молодая царица была счастлива, ей хотелось, чтобы это чувство разделяли с ней все вокруг. Вопреки бытующему мнению, что Алексей Михайлович свое время и внимание уделял только Наталье Кирилловне и ее детям, пренебрегая отпрысками от первого брака, царская семья жила вполне мирно. При живой еще матери, Марии Милославской, только старшие дочери пользовались некоторой – очень относительной – свободой, остальные же были еще малолетними детьми. Теперь все изменилось. Наталья Кирилловна была глубоко религиозна и любила торжественность церковных старо-московских служб, но не соблюдала строгого затворничества в тереме, принимала и жаловала к руке духовенство и знать, давала обеды для ближних боярынь, охотно выезжала за город и брала с собой падчериц и пасынков.
Сохранились свидетельства, что во время поездок по Москве и на богомолья случалось Наталье Кирилловне немало смущать подданных: она имела привычку поднимать занавеси своей повозки, а то и вовсе отдергивать их, чтобы полюбоваться видами, что было вовсе не в обычаях московского двора. Чаще всего царица посещала подмосковные села: Измайлово, Коломенское, Преображенское, на лето вся семья переезжала в село Рубцово-Покровское, где было множество прудов, а окна царского терема выходили прямо в сад, в густую тень вишен и яблонь.
Современники свидетельствовали, что нрав Наталья Кирилловна имела легкий, любила развлечения, и Алексей Михайлович всегда старался порадовать жену красивым нарядом, драгоценной безделушкой или новым увеселением.