Я тихонько постучала в комнату № 308. Дубовая дверь распахнулась, и на пороге возникла девушка. Дневной свет струился из-за её спины, обволакивал длинные мускулистые ноги, атлетичные бёдра в чёрных шортах, плоский голый живот и внушительную грудь, туго обтянутую укороченным топом. Половину лица хозяйки комнаты скрывала длинная косая челка терракотово-рыжих волос.
– Чего тебе? – спросила девушка.
До меня дошло, что я стою и откровенно пялюсь. Вот чёрт!
– Меня зовут Кристина. Кажется, я твоя новая соседка. Привет.
– Серьёзно?! – Брови рыжей взлетели вверх. – Ты ничего не путаешь?
– Нет. Адриана де Фонтин сказала – номер триста восемь.
– М-да-а-а… – многозначительно протянула рыжая. – Неожиданно. И, кстати, не Адриана, а леди Адриана.
– Да пофиг. Послушай, я сама, мягко сказать, не в восторге от ситуации, в которой оказалась, и где-то внутри себя хочу вопить и драть на себе волосы, потому что ни черта не понимаю, но…
– Травяное зелье пила? Настой? Мятный? – перебила девушка, а я кивнула.
Она с обречённым вздохом отступила, а я шагнула в свой якобы новый дом. Комната была небольшой, но уютной. Главное преимущество относительно нашего отечественного общежития – собственная уборная, а не одна на пол-этажа.
Слева, в уютной нише, расположилась кровать соседки. На ней лежало красное скомканное покрывало. На одном из столов у окна были разбросаны книги, раскрытые тетради, а за высокой кружкой притаилась тарелка с надкушенным печеньем. Второй стол оставался идеально чистым. Справа располагалась пустая кровать – очевидно, теперь моя, над которой висела модная картина из песка и хаотичная декорация из мелкой гальки и камней покрупнее.
Шкаф обнаружился за спиной, рядом со входом. Только вот класть мне в него было особо нечего. Невысокая молодая женщина Энджи, исполняющая обязанности коменданта «общаги» и местной кастелянши, выдала постельное бельё, полотенце, набор мыльных принадлежностей и одежду. Я получила зелёный плащ, две одинакового фасона блузки – светлую и тёмную, две юбки длиной чуть ниже колен, тоже светлую и тёмную с глубоким изумрудным отливом. Также среди вещей обнаружилась бесформенная белая пижама в зелёный горошек, три комплекта нижнего белья и лёгкие туфли без каблуков. Ах да, ещё дали базовый набор канцелярских товаров. Это вроде как на первое время, до ближайшей стипендии.
Я положила скудный скарб в пустую половину шкафа. Застелила кровать оливковым комплектом белья. Чтобы нарушить некомфортную тишину, спросила:
– Почему у тебя всё красное, а у меня зелёное?
– Разные стихии. Я огонь, ты земля. Традиционно здесь стараются селить в комнаты студентов с одинаковыми стихиями. Исключения составляют лишь иномиряне. Делаю вывод, что ты не с Ампелоса. Верно?
– Я из России.
– Землянка, значит. Тогда всё понятно. А я из Норвегии, кстати. Элис. Второй курс.
– Кристина. Кажется, меня записали в первокурсницы. Ошибочно.
– Ясно, Стине, – на свой манер сократила Элис. – Ты только не истери, ладно? Мятный настой глушит твои эмоции. Пока что. Но скоро его действие пройдёт, а я вытирать сопли не нанималась.
Я проснулась среди ночи и тихонько завыла в подушку. За что?! Почему это со мной случилось?! Как посмел козёл Арс распоряжаться моей жизнью? А Вика? Она же, она же…
Снова рыдания.
А старик со старухой? Один опоил, другая бумаги на подпись подсунула. Отлаженная схема. Сволочи, гады… У-у-у. Я беспомощно скулила и скрипела зубами. Вдруг вспомнила про свой мобильник. Сети нет, зарядка на исходе. Дерьмо! Ненавижу! Всё ненавижу! Всех! Лорда этого напыщенного! Вику! Сволочь ты, а не подруга! Я ведь не сказала той психованной, что это именно ты путалась с её мужем. Промолчала, не хотела тебя подставлять. А ты! Это подло!
Новая волна рыданий накрыла меня с головой.
– Да что за фигня, Стине! Я же просила без истерик! – рявкнула сонная соседка.
– Я Кристина!
– Да как угодно, только сопли твои не помогут! Многие иномиряне здесь не по своей воле. Потом ничего, привыкаем, втягиваемся.
– Ты тоже? Ну, не сама сюда попала? – всхлипнула я.
– Ага, семейными стараниями. – Рыжая зевнула и села на кровати. – Земной агент обнаружил у меня потенциал, и вот я уже в Ампелосе. Кто бы меня спрашивал. Перед фактом поставили. Маме с отчимом мозги промыли про закрытую академию якобы в Канаде, а они и рады: сплавили рыжую оторву, то есть меня, уму-разуму учиться.
– А на меня с подругой в парке тётка напала, и мир изменился.