Алик глубоко задумался, а затем сказал, мучительно подбирая слова:
- Мама привела меня в эту группу... Подозреваю, что меня как-то закодировали...
- Он постоянно мерзнет, он какой-то заторможенный с тех пор, - добавила Оля.
- После этого она меня таскала еще в некоторые места, - продолжал Алик. - Всякие школы для экстрасенсов... Везде на меня смотрели странно...
- Его отовсюду просили уйти, они его боялись! - воскликнула Оля.
- В одном месте был такой сильный Учитель... У него был магический предмет...
- Такой большой хрустальный шар! - перебила Оксана.
- Говорят, он им очень дорожил...
- И никому не позволял даже прикоснуться!
- ...Он посмотрел на меня, а затем взял этот кристалл и отдал мне... И сказал: "Возьми это, потому что в тебе есть Сила, и больше никогда не приходи сюда!"
- И что? - спросила Наташа с величайшим интересом. Она, как губка, впитывала в себя подобные истории. Кого, когда и где закодировали, почему умные трезвые люди верят во всякую ерунду - вот что ее всегда интересовало.
- Ну, ничего... Кристалл лежит у меня дома...
- Он какой-то совсем замученный, на человека стал не похож! - воскликнул опять кто-то из девочек его группы.
- Просмотри, Аня, что можно сделать! - и их лица с надеждой обратились ко мне.
- Я посмотрю, - мрачно сказала я. При этом было четкое ощущение, что ничего не смогу сделать. Просто совсем ничего. Я не рассуждала, не думала, я просто видела, что тут нет никого, кто бы мог ему помочь. Несмотря на очевидную угрозу с его стороны (или со стороны того, что в нем) я не испугалась и не злилась. Я просто пропускала это сквозь себя, и ему не за что было зацепиться.
Видя мою некоммуникабельность, народ вернулся к нудным своим разговорам. Я устало смотрела в костер. На фоне темнеющего неба и леса, в пятнах костра, на лицах ребят зыбко проступал иная реальность - неоформленная, таинственная, чужая. И в этой зыбкости над головой Алика мне привиделась некое сгущение - словно бы мешочек в воздухе висел, темный на фоне светлого пространства, и странный... С первого же мысленного прикосновения он вызвал во мне неприязнь. Я задумалась, что бы это могло быть, но надолго меня не хватило. Почему-то эта малореальная деталь казалась мне очень подозрительной и крайне нежелательной в данном месте. И поступила не очень умно, повинуясь импульсу - мысленно схватила это и сунула в костер из предположения, что костер все очистит, а если я слегка шизанулась уже, что вполне вероятно, то тем более не повредит.
И вот я вижу, как это зыбкое нечто падает в костер. Костер как раз в этот момент сыпанул во все стороны горстью искр, что мне показалось вполне логичным. И вдруг - я вижу, как в костре что-то движется. Это была всего лишь секунда, но за эту секунду я успела увидеть многое, а что не увидеть то, наверное, довоображать. Там была ящерица. Трудно было увидеть границы ее тела, но ясно видна была ее кожа, похожая на поверхность остывающей лавы, и яркие, рельефные глаза - черные, словно ягодки, подвижные, живые. Ящерица появилась непонятно откуда и с какой-то непонятной яростью ударила хвостом, и то нечто, что я так неосторожно сунула в костер, вылетело оттуда, словно отпасованный мяч. После чего она внимательно посмотрела на меня и исчезла.
Мне сразу же вспоминается одна из легенд про Леонардо да Винчи, который в детстве увидел ящерицу в очаге, и после его возгласов "Ящерица в огне!" отец больно стукнул сына по голове со словами "Чтобы ты никогда не забыл этот день!" Нам кажется где-то в глубине разума, что мир должен быть стабильным в наших глазах, и чудесам в нем не место. Я промолчала, однако глядя в огонь, поняла, что никогда в жизни не забуду этот день.
Но почему-то пробормотала себе под нос:
- Спасение зомбей - дело рук самих зомбей!
На следующий день после обеда, когда Наташа и Алекс ушли куда-то, "алтайцы" втроем зашли к нам в гости. Алик был тоже. Они подробно повторили его историю, особенно упирая почему-то на магический кристалл. В какой-то момент я отвлеклась - ушла на речку набрать воды для чая.
И вдруг вижу - вихрем мчится Странник и сворачивает прямо в наш лагерь. Видеть в лесу бегающего с такой скоростью человека было странно и необычно, а бегающий Странник - это что-то вообще тревожное. Я быстрее вернулась. Странник сидел у костра, словно был тут всегда, и пронзительно смотрел на Алика.
Пожевав еще минуты три какую-то тему, "алтайцы" быстро смешались и ушли. Странник молча ковырял землю палочкой.
- Не того они хотели, за чем приходили, - сказал он задумчиво. Оживился: - Что у вас тут произошло?
- Да вроде и ничего, - сказала я. Однако ребята, как оказалось, думали по-другому.
- Алик этот, - строго сказал Сергей, - начал без причины выспрашивать о способах защиты. Какие, мол, у тебя способы энергетической защиты...
У меня мелькнула мысль, что для человека, считающего себя закодированным, это логичные вопросы, но кто бы меня стал слушать?..
Странник очень долго молчал, бросив несколько острых взглядов в лицо каждому. Наконец сказал: