Читаем Вирник полностью

Усадив на один из стульев, и заботливо вытерев кровь с моего подбородка, он тут же достал из-под стойки небольшой пузырек и, открыв, протянул мне.

– Выпейте, – в обманчиво мягком голосе отчетливо слышался приказ.

Повинуясь, я в несколько глотков выпила содержимое склянки.

– Похоже на подслащённую воду, – на моем языке остался приятный сладковатый привкус.

– Нектар, – кивнул Дариус. – Он поможет восстановиться.

– А на обед будет амброзия9? – я попыталась усмехнуться, но улыбка вышла вымученной.

– Вы и так бессмертны, – уголок рта бармена дернулся, обозначая наметившуюся улыбку. – К тому же пища вам теперь не нужна. Разве вы не обратили внимания, что не чувствуете голода, жажды, усталости?

– Не знаю, у себя в комнате я пыталась прилечь, но не смогла уснуть, – пожала плечами я.

– Потому что сон вам больше не нужен, как и остальные человеческие потребности. Сейчас вы тянетесь к ним по привычке, но пройдет немного времени, и они забудутся, – пояснил бармен. – Ваши возможности теперь гораздо шире, чем раньше, но разуму необходимо время, чтобы их освоить.

– Тогда зачем вы дали мне этот нектар, если я в нем не нуждаюсь? – спросила я.

– Чтобы ускорить восстановление, пока вы не освоились. Силы вам еще будут нужны, мы не закончили урок, – ответил Дариус.

– Опять будете меня распинать? – в моем голосе сквозил страх, перед возможностью вновь испытать боль.

– В этом больше нет необходимости. Вы сказали то, что я хотел услышать, – ответил он.

На мой недоуменный взгляд, бармен пояснил:

– То, что мучило вас. Вы назвали. Проговорили. Произнести вслух – означает признать.

– Неужели? – это простое объяснение искренне изумило меня.

– В древности, когда считалось, что человек бывает одержим демонами, люди верили, что если назвать каждого из преисподней по имени, то одержимость пройдет, – рассказал референдарий. – В этом есть зерно разума, проблемы нужно проговаривать.

– Жаль, что современный мир не так мудр, – вздохнула я.

– Почему же, – возразил мужчина. – Как и в давние времена, есть определенная группа людей, обладающая этим «сакраментальным» знанием. Просто раньше они назывались экзорцисты, а сейчас психотерапевты.

Я изумленно уставилась на Дариуса и увидела, как подрагивают уголки его губ, пытаясь сдержать улыбку. Мгновение мы просто смотрели друг на друга, а потом разразились смехом.

Придя в себя, судья протянул мне руку и откашлявшись произнес:

– Идемте, Мира, нам необходимо закончить урок, – мне показалось, что его голос звучал немного смущенно.

К моему изумлению, мы не пошли к лифту. Наоборот, Дариус потянул меня за стойку. Он миновал длинные полки, уставленные многочисленными бутылками с алкоголем, и скрылся за стеллажами. Прямо за ними оказался небольшой закуток, примерно метр на метр, из которого вели две двери, расположенные друг напротив друга. Мы повернулись к той, что была слева.

За ней оказалась кованая винтовая лестница. Поднявшись вверх по узким ступеням, мы очутились на небольшом балконе, под стеклянным навесом. Дариус уверенно прошел вперед и поманил меня к парапету.

Отсюда город выглядел совсем по-другому. Яркий, красочный, шумный, он был именно таким, каким я его помнила. Ни намека на туман или серость, которые виделись мне теперь повсюду. Неоновые огни многочисленных вывесок мигая разгоняли ночную мглу. Люди словно муравьи сновали туда-сюда вдоль улиц, торопясь по своим делам. Жизнь бурлила не останавливаясь ни на минуту.

– Почему он снова такой же? – спросила я, любуясь видом.

– Это обсерваторий10 – место, откуда мы можем наблюдать за течением времени на земле, – пояснил судья. – Время в пургатории эфемерно. Оно может застыть, замедлиться или ускориться.

– От чего это зависит? – я с любопытством посмотрела на Дариуса.

– В основном от нас самих, – ответил тот. – Внизу же на него повлиять невозможно, там ход размерен и неумолим. Человек рождается, взрослеет и находится на земле ровно столько, сколько ему положено. Оставаясь там, он неизменно касается жизней других людей, в той или иной степени влияя на нее. Когда это происходит, между ними протягивается нить, не разрываясь до тех пор, пока один из связанных не умрет. Присмотритесь, вы видите их?

Я взглянула туда, куда указал мужчина. В конце улицы стояла группа молодых людей, две девушки и три парня. Они разговаривали, дурачились и смеялись. На первый взгляд в них не было ничего интересного, но присмотревшись, я увидела тонкие золотые нити, опутывающие каждого из них, словно паутина. По мере того, как каждый из них двигался, его нити растягивались, слегка провисая.

– Вижу, – кивнула подтверждая.

– Хорошо, – удовлетворенно ответил бармен. – А теперь посмотрите, что бывает, если вовремя не обрезать нужную нить.

Я снова уставилась на ребят внизу. Они стояли тесным кружком возле одной из лавочек. Вдруг рядом с ними возник какой-то мужчина в длинном пальто. Он резко достал из-под полы пистолет и начал пальбу. Обе девушки и один парень упали замертво. Тут же раздались громкие крики ужаса, набежали люди, началась суета. Вскоре послышался отдаленный вой сирены.

Перейти на страницу:

Похожие книги