Желтый. Свет, солнце, сугроб раскрылся, разломился пополам, он тает, а из него поднимается к солнцу искореженная фигура, тянущая руки вверх. Что это может значить? Как можно было выйти из капсулы к свету? Где следующая картина?
Зеленый. Забор полосок снизу – это трава, ничем другим это быть не может. Из нее растут цветные комки, цветы. И летают какие-то не то птички, не то бабочки. А человек идет. Непонятно куда, но самая выделяющаяся деталь – большая улыбка на круге, означающем голову. Там, куда попала Сара, ей было хорошо. Ей там понравилось!
И последняя картина. Синий. Море, небо, дом на чем-то напоминающем скалу или гору. В квадратике окна силуэт. Человек прошел через пещеру и зиму, выжил и пришел домой. Не это ли хотела рассказать всем Сара? Неизвестная пропавшая женщина, лишившаяся рассудка… Дженни прошла вдоль стены с «галереей» еще раз, пытаясь увидеть что-то еще. Но других мотивов и смыслов не было. Большие и несуразные, как будто рисовал ребенок, рисунки показывали путь. Дорогу домой, чтобы это не значило. Что если Егор, сам того не ведая, угадал?
«Дженни, где ты?» – раздалось из динамиков громкой связи.
– Сейчас подойду! – ответила девушка в микрофон на стене.
Она возвращалась в комнату в растрепанных чувствах. Сара была в капсуле и попала домой. Как это возможно? Потом она вернулась, но ее рассудок был поврежден. Не потому ли, что там было лучше, чем здесь? Как узнать? Спросить тех, кто все еще лежит в капсулах? Но если их разбудить, или оживить, не потеряют ли рассудок и они тоже? И где все остальные? Кого переводили на удобрения наверху в оранжерее? Вопросы копились, а ответов не было.
– Все хорошо? – Егор был как всегда добр и нежен, но занят своими планами, а потому небрежен, и не заметил что Дженни чем-то расстроена.
– Да, все хорошо, – тихо ответила девушка. – Как с костюмами?
– Все готово, можем идти вниз, – обрадовано сообщил Егор. – Сегодня уже поздно, да и устали мы, я предлагаю завтра встать пораньше и сразу идти к выходу и попробовать его открыть. И выйти наружу. Возьмем с собой наши рюкзаки, набьем имуществом, броню туда же положим.
– И что потом?
– Пока не знаю! Пойдем искать Братство, Или того, кто написал записку. Там решим…
– Хорошо, давай ложиться, – все так же тихо согласилась Дженни. – А мы так и уйдем, не узнав, что здесь произошло?
Егор сжал челюсти и уставился в стену. Как объяснить виртуальной девушке, что все вокруг только симуляция, созданная перед их приходом? Что тут никогда не было людей, а все вокруг всего лишь декорации. Локация в которой их зачем-то заперли, пустая, никому не нужная, но наполненная всяким мусором. Скорее всего у Лики проблемы с кораблем, раз она или ее подпрограмма, создающая виртуальность, завела ее сюда и закрыла под горой. Но как рассказать об этом Дженни?
– Послушай, – начал Егор. – Тут нет ничего нужного нам. Одно старье. А снаружи кто-то есть, и он нас ждет. Это записка, как объяснить, это единственная зацепка, показывающая, куда идти дальше. Также как мы сначала пошли на ферму, а оттуда полетели сюда. Мы идем по подсказкам, не зная пока, куда нас это приведет.
– Но, в таком случае и старая штольня, о которой упоминалось в записях, тоже может быть подсказкой, – попыталась настоять на своем Дженни.
– Сделаем так, – попробовал найти компромисс Егор. – Завтра мы выйдем, проверим, что там наверху. Если не получится выяснить, что делать дальше, возвращаемся и ищем эту штольню. Идет?
Дженни кивнула, не желая спорить. Егор был отчасти прав, если снаружи кто-то их искал и ограничен во времени, то надо выйти и узнать, кто и зачем.
Завтра они уйдут и тайна останется не раскрытой…
Егор быстро заснул, а девушке не спалось. Она все вспоминала обрывки сообщений, которые ей удалось прочесть, картины Сары на грязной стене. Ее беспокоили эти рисунки, и эти жуткие капсулы с людьми. Если бы можно было как-то с ними поговорить, узнать, что тут было и куда пропали остальные обитатели.
Дженни села в кровати, откинув одеяло. Егор посапывал у стенки, устал, спал крепко. Дженни вспомнила! Две капсулы были включены и открыты! Они были пусты и если и можно было как-то пообщаться с замороженными, то только присоединившись к ним! Девушка натянула комбинезон и, взяв в руки башмаки, чтобы не топать по полу, крадучись выскользнула их комнаты.
Свет в коридоре они на ночь не выключали, здесь все было по-прежнему, как и днем. Медленно вертел лопастями вентилятор за настенной решеткой, поскрипывая давно несмазанной осью. Вокруг было тихо и пустынно. Дверь «объекта» открылась легко, как только Дженни ввела нужный пароль на подвешенный рядом терминал.