-Знаешь ты, и я знаю, мы будем вместе... У них не получится, - уверяла Софья, веря в то, и они вновь скрепили это жаром поцелуя.
-Я хочу сегодня уехать. Я встану, - молвила после Софья, ласково улыбаясь, а Алексей, радуясь её вернувшимся силам, вытер слёзы и свои, и её:
-Я должен сегодня поговорить с Архаровым. Он берёт нас к себе на службу... Меня, Николая и Антона. Как вернусь, сразу уедем в имение, хорошо?
-Хорошо, да, да, - кивала та.
Они вновь смотрели в глаза, не желая расставаться. Опять прижавшись друг к другу, ещё долго не выпускали. Однако время не ждало и Алексей, ещё несколько раз прильнув к губам любимой, всё же поспешил уйти, чтобы скорее вернуться.
Так же скоро Софья стала собираться. Радуясь тому, что Евдокия пришла помогать одеваться, они приятно беседовали. И Евдокии, и Макару, как оказалось, было позволено отправиться служить им в имении. Такая приятная новость радовала Софью, а прибежавшая с запиской горничная с улыбкой добавила:
-От Вашего супруга!
Приняв записку, Софья удивилась:
-Он ждёт меня в имении Мамонова?! Зачем там?
-Может какие вещи забрать Ваши? - предположила Евдокия, и Софья, задумавшись, пожала плечами:
-Мне ничего оттуда не надо, но... Я прибуду, раз так.
Странное приглашение любимого встретиться именно там не остановило Софью, хотя Евдокия и заподозрила, что может что не так, как в прошлый раз. Она предложила вместе поехать, но Софья всё же уехала одна, веря, что любимый там и всё объяснит.
Проводив Софью в путь, Евдокия уходила обратно в комнату, как выбежавший навстречу Алексей остановил её:
-Где Софья?
-Как где? - смотрела удивлённая Евдокия и сразу закрыла рот руками, понимая, что происходит всё же что-то неладное.
-Мне прислали записку, что она ждёт меня в имении Мамонова, - смотрел встревоженный Алексей, встряхнув запиской.
-Господи, Иисусе Христе, спаси и сохрани, - перекрестилась Евдокия. - Она получила такую же записку от Вас, мол, ждёте её там... у Мамонова...
-Нашёл? - вышел навстречу Пётр, и Алексей попятился назад:
-Нет,... это чья-то ловушка... Софье грозит опасность...
Он бросился бежать прочь, чтобы, как можно скорее, догнать любимую и остановить беду, приход которой чувствовал, как ни отгонял...
Глава - 47
Алексей мчался верхом впереди своих друзей и брата. Те, не раздумывая, зная, что происходит что-то нежеланное, отправились следом. Каждый переживал и боялся, а страх возрос, когда за версту до имения Мамонова уже виделась масса клубящегося к небу чёрного дыма. Будто то были кучевые грозовые облака, несущие смерть...
-Нет! - кричал заранее Алексей, подгоняя коня мчаться быстрее.
Будто уже знал, что произошла беда. Он спрыгнул с коня, подбегая к дому, от которого бежала горевшая девушка. Её пронзительный крик душил, убивал, казнил изнутри... Догоняя её, Алексей кричал от горя, как и мчавшиеся позади друзья...
-Нет! - пал он на колени у павшей наземь в обвившем её пламени девушки.
Друзья скорее сняли плащи, накинув их на неё, чем потушили огонь. Уставившись на кусок платья,... на обгоревшую руку, виднеющуюся из-под плаща,... Алексей выдохнул:
-Нет... Софи?... Софья? Софья, нет!!! - орал он с надрывом, узнавая кольцо любимой на руке и остаток её платья.
Схватив ещё горячее, укрытое под плащи тело, он хотел прижать к себе, но друзья оттащили в сторону. Ничего не говоря, сами застывшие от случившейся беды, все молчали...
Неотрывно смотрел Алексей на тело любимой, скрытой от глаз и вскоре укрываемой наступлением неизбежной ночи... Догоревший дом имения Мамонова утихал и так же исчезал под покрывалом тьмы... Не желая упускать милую из вида, не желая расставаться с нею, Алексей подполз вновь к её телу...
Теперь он всё же прижал его к груди... Он укачивал, рыдал, но не верил, что жизнь вот так вот оказалась жестока, что счастье оказалось столь коротким. Отрывками всех воспоминаний был полон Алексей, обнимая погибшую любимую...
Не сдерживая слёз и друзья, и его брат, сидевшие рядом, смотрели кто куда и молчали...
Эта ночь длилась долго, столь невыносимо, а будущее казалось бессмысленным и тёмным, как эта ночь. Даже рассвет, показавшийся на безоблачном небосводе, не пробуждал ни к каким действиям.
Алексей так и укачивал тело любимой, уставившись в видимую лишь ему даль. Его широко раскрытые глаза выражали шок и боль. Смотреть на всё это было ужасно невыносимо. Жить Алексею без неё уже явно было невозможно, но брат положил ему руку на плечо:
-Отсюда надо уезжать...
-Лёшка, - хриплым голосом, возвращающимся от сопереживания, Николай отозвался тоже. - Её надо отвезти... домой...
-Я займусь расследованием, - заметил Пётр приехавших на двор пару крестьян. - Вот и повозка, кстати... Отнесите... тело... туда... Отвезите их домой...
Только Алексей будто не слышал. Он не обращал внимания, как его друзья поднимали, как он, не выпуская из рук тело любимой, вскоре сидел в повозке, и та медленно везла его прочь от этого проклятого места... Только горе не уходило, а боль потери лишь росла...