Читаем Во главе двух академий полностью

35. Географический отдел приходил в упадок вследствие неспособности его начальника и его подчиненных. В видах поощрения я прибавила им жалованья. В течение трех дет появилось несколько карт, которые уже поступили в продажу. Я выписала сведущего по этой части человека, который и руководит работами.


36. Лучшие граверы ушли, а те, что остались, ничего не делали, не будучи поощряемы ничем и, главное, лишенные хороших учителей. Я выписала хорошего гравера и, увеличив жалованье ученикам, возбудила в них охоту работать.


37. Композиция металла для шрифтов была нехороша; буквы вскоре коробились и расплющивались и были вообще очень непрочны. Я заменила ее композицией, какую употребляют в иностранных словолитнях; буквы сделались отчетливее, тверже и гораздо прочнее.


38. В казенном здании Академии отдавался внаймы всего один подвал за 60 р.; все остальные были завалены разною дрянью и приносили только вред зданию. Все подвалы вычищены и приносят 400 р. дохода.


39. Архив конференции был в беспорядке, и в нем недоставало многих необходимых бумаг. Архив приведен в порядок. Я велела списать в синоде недостающие метрические свидетельства о рождениях, смертях и бракосочетаниях; они опубликованы в т. VI Актов, согласно моим намерениям, заключающимся в том, чтобы гг. академики занимались работами, приносящими немедленную пользу нашему отечеству.


40. Материалы в инструменты для разных работ так многочисленны и разнообразны, что во избежание путаницы их получали от одного фабриканта, поставлявшего их по контракту на довольно крупную сумму, что давало повод к злоупотреблениям. Эти материалы были плохого качества и, следовательно, непрочны. Теперь Академия покупает их сама и выбирает лучшие. Расход на них уменьшен против прежнего, хотя работ производится больше. Академия от этого выигрывает.


41. Наблюдения и открытия, производимые внутри страны, сообщались за границу до их опубликования в России, и, к стыду Академии, там пользовались ими раньше, нежели у нас. Я велела занести в журнал, что гг. академики не должны отныне сообщать подобные открытия за границу, пока Академия не извлекла из них славу для себя путем печати и пока государство не воспользовалось ими.


42. Служитель, которому поручена была продажа книг, знал только русский язык и не был знаком даже с арифметикой; он не мог соблюдать порядок в счетах и к неудовольствию публики выдавал книги в перепутанном или разрозненном виде. Я приставила к этому делу человека, знающего бухгалтерию и иностранные языки; сбыт книг увеличился.


43. Типографская краска была плоха, дорога и сильно пачкала. Теперь она не уступает краске лучших заграничных типографий и стоит дешевле.


44. Типографские гладилки были так плохо сделаны, что на них уходило много кожи; они были тяжелы и неудобны. Они сделаны по заграничным образцам; из одного куска кожи их выделывают четыре вместо трех, а выбор хорошей кожи дает значительную экономию для казны.


45. Пунсоны плохо содержались, и так как их раздавали мастерам без ордеров, то они снабжали ими все частные типографии, между тем как Академия страдала от недостатка шрифтов. Они тщательно сохраняются; по мере надобности их раздают и отбирают немедленно по отливке*.


* Печатается по кн.; Записки княгини Дашковой / Пер, с франц. по изд., сдел. с подл. рукописи; под ред. и с предисл. Н.Д. Чечулина. СПб., 1907 г., с. 302...311.


Примечания

Вступление


1 Воспоминания К. Уильмот и ее сестры М. Уильмот (Брадфорд) вошли в приложения к «Запискам» Дашковой, изданным герценовской Вольной русской типографией: Записки княгини Е.Р. Дашковой, писанные ею самой / Пер. с англ. Г.Е. Благосветова. Лондон, 1859 г., 511 с.


2 Воспоминания Е.Р. Дашковой цитируются преимущественно по кн.: Записки княгини Дашковой / Пер. с франц. по изд., сдел. с подл. рукописи; под ред. и с предисл. Н.Д. Чечулина. СПб., 1907 г., 366 с. (ссылки на «Записки» не даются). На языке оригинала (франц.) «Записки» Дашковой, озаглавленные «Mon histoire» («Моя история»), напечатаны в «Архиве князя Воронцова» (М., 1881 г., кн. 21). Цитируются по французскому подлиннику в тех случаях, когда перевод представляется не совсем точным.

Екатерина «малая»


1 Русский архив, год седьмой (1869 г.). М., 1870 г., с. 1781...1782.


2 Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков. 1738...1793 гг. СПб., 1872 г., т. 3, с. 892...893; Дневник А.В. Храповицкого. М., 1901 г., с. 187, 272. (Далее: Храповицкий А.В. Дневник).


3 Герцен А.И. Княгиня Екатерина Романовна Дашкова. – Собр. соч.: В 30-ти т. М., 1957 г., т. 12, с. 369.


4 Там же.


5 Огарков В.В., Е.Р. Дашкова (ее жизнь и общественная деятельность). СПб., 1893 г., с. 10.


6 Герцен А.И. Указ. соч., с. 370.


7 Мордовцев Д.Л. Русские женщины нового времени. СПб., 1874 г., т. 2, с. 122...123.


8 Cl. de Rulhieres Histoire ou anecdotes sur la revolution de Russie en 1762 г. Paris, 1797 г. (об этой книге см. ниже).


9 Архив кн. Воронцова. М., 1881 г., кн. 21, с. 379...382.


10 Герцен А.И. Указ. соч., с. 373.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.
100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии»Первая книга проекта «Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917–1941 гг.» была посвящена довоенному периоду. Настоящая книга является второй в упомянутом проекте и охватывает период жизни и деятельности Л.П, Берия с 22.06.1941 г. по 26.06.1953 г.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное