Действуя в составе двух каре, Племянников открыл против левого фланга Каплан-Гирея жестокую канонаду. А после того как татары отвлекли все же с этой стороны часть своих сил для защиты правого фланга, подвергающегося атаке главных отрядов армии Румянцева, быстро двинул свои каре по деревянному мосту через реку, продолжая отвлечение хана.
Но деятельность его не ограничивалась лишь имитацией атаки — это также было предусмотрено: максимальная деятельность малыми силами. И к четырем часам он, как и Репнин с Бауром, сбил передовые татарские посты и приблизился к укреплениям. Когда же Племянников услыхал сильную канонаду, производимую Мелиссино, то тоже открыл артиллерийский огонь по противнику, подойдя вплотную с севера к Ларге.
Боясь атаки с двух сторон, хан решил ударом во фланг и тыл Репнина и Баура, а также и главному каре отразить их наступление. Для этого он бросил со своего правого фланга долиной Бабикула всю конницу.
Румянцев тотчас отвратил опасность от армии и свел на нет все маневры противника.
— Яков Александрович, — обратился он к начальнику третьей дивизии Брюсу, — отрядите в лощину бригаду Римского-Корсакова. Надо запереть там татар. Да не забудьте артиллерию.
— Слушаюсь, Ваше превосходительство. — Брюс распорядился направить в долину Бабикула бригаду генерал-майора Корсакова в составе Санкт-петербургского и Апшеронского полков и батарею большой артиллерии майора Внукова.
Бригада спустилась в долину и открыла продольный огонь, встав в каре, по идущей там коннице, что заставило татар выйти из противоположной стороны лощины на высоты. Чтобы сбросить их и оттуда, Внуков расположил на северной возвышенности, где стояли русские легкие войска, свою батарею и также открыл продольную пальбу через долину.
Вскоре Румянцеву было доложено, что противник из долины прогнан, опасность нападения на русский тыл ликвидирована: фланг и тыл, атакующий каре Репнина, Баура и Потемкина, были теперь надежно прикрыты.
Румянцев в этот момент также прибыл к этим каре, препоручив вести построенное им главное каре в боевом порядке Олицу, а левую сторону — предохранять Брюсу. Сам же он решил в определяющем пункте лично руководить боем:
— Вперед, ребята! В атаку! Ура!
Каре Репнина и большая часть сил Потемкина атаковали турок и татар с фронта. Часть сил отряда Потемкина под командой бригадира Ржевского охватывала их правый фланг. Корпус Баура вышел еще левее и открыл сильный огонь вдоль укреплений и в тыл неприятелю.
Бригада Мелиссино пришла на помощь артиллеристам Внукова — татарская артиллерия была отогнана от русских тылов окончательно.
1-й ретраншемент хана был атакован с трех сторон. Противник стал подаваться, и каре Репнина под прикрытием артогня подошло к самому укреплению. Пехота не шла, а бежала, не теряя строя, на крутую гору и с разбегу заняла окопы. Подполковники Ельчанинов и Фалкеншильд первыми ворвались туда с криками победы:
— Лупи, ребята!
— Ура, братцы!
— Алла!
Противник ожидал, что русские бросятся грабить лагерь, — хан отступал столь поспешно, что не успел ни вывезти, ни спрятать, а его подчиненные не успели растащить богатейшую казну. Солдаты постоянно натыкались на груды монет, россыпи жемчуга и камней, но поскольку им было не до этого — враг еще сопротивлялся, — все это кучами так и оставалось лежать.
Сохраняя полный порядок, русская пехота продолжала рваться в глубину расположения противника.
С началом атаки на 1-й ретраншемент корпус Племянникова в двух каре двинулся к долине Ларги. Первое каре генерал-поручик возглавил сам, имея в нем в подчинении генерал-майора Гротонгельма и бригадира Гудовича, а второе свое каре поручил генерал-майору Замятину. Поставив батарею на краю долины, командир корпуса приказал открыть огонь по укреплению левого фланга. Турки отвечали. Канонада гремела оглушающе, но в общей симфонии боя ее почти не было слышно. И поэтому Румянцев, руководя наступающей пехотой Репнина, Баура и Потемкина, все время мучительно прислушивался.
— Что-то не слышно Племянникова. Где его пушки?
— Ваше превосходительство, — отвечали ему, — генерал-поручик Племянников ведет огонь на левом фланге Каплан-Гирея.
— Пошлите сказать ему, чтобы не забывал о главном. А сие — 4-й ретраншемент!
Фронтальная атака Племянникова удалась — он овладел правым укреплением и пошел на левый ретраншемент, 4-й. Укреплениями своими это отделение превосходило все три первых примыкавших к нему с правой стороны шанцев. Батареи и глубокие рвы заграждали к нему проход, как и сама увесистая гора, на которой эти укрепления была построены.
Каре Племянникова — полки: 4-й гренадерский, астраханский и московский пехотные — спустились в долину Ларги и вплотную подошли к ретраншементу. Турки из своих левофланговых укреплений попытались атаковать русское каре во фланг, но все их попытки были решительно отражены.
Полки сами начали движение вперед — и полезли на крутизну. Подъем был настолько сложен, что солдаты сначала поддерживали друг друга, а потом, хватаясь руками за пучки травы, ползком продвигались к окопам.