Читаем Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв полностью

Что касается Евнута, то он вскоре бежал из-под стражи и через Смоленск приехал в Москву, к князю Симеону «Гордому», женатому на его сестре Августе. Таким образом, Евнут стал первым князем-беглецом из Литвы в Московию. В 1347 году он помирился с Альгердом и Кейстутом, вернулся домой, получил в удел Заславльское княжество, в состав которого в то время входил и Менск (Минск). От Евнута произошел род князей Заславских.

Наримунт после государственного переворота убежал к Джанибеку, хану Золотой Орды. Его удел — Полоцкое княжество — Альгерд отдал своему сыну, Андрею «Полоцкому». Впрочем, в 1346 году Наримунт вернулся. Альгерд оставил за ним Пинск, завещанный Гедимином.

Альгерд дал Кориату в удел Новогородок (Новогрудок), Любарт позже княжил на Волыни. При этом Кейстут объявил, что все братья должны повиноваться Альгерду В 1348 объединенное войско Гедиминовичей разбило войско крестоносцев в сражении на реке Страва (или Стрева). В этой битве погиб Наримунт.

* * *

Альгерд и Кейстут разделили сферы внешней политики соответственно расположению своих владений. Кейстут противостоял Тевтонскому и Ливонскому орденам, полякам и венграм. Альгерд имел дело с восточными и юго-восточными русскими княжествами, а также с татарами.

В 1358 году в беседе с послами германского императора он заявил, что «вся Русь должна принадлежать Литве». Напомним в этой связи, что под Русью, в широком смысле слова, тогда подразумевались лишь те земли, которые до Батыева нашествия входили в состав Великого княжества Киевского.[25] Реализуя эту программу, Альгерд в течение буквально трех лет присоединил к ВКЛ Брянск, Новгород-Северский, Путивль, Рыльск, Стародуб, Торопец, Трубчевск, Чернигов.

Русские летописи много сообщают об Альгерде и весьма редко упоминают Кейстута. Хроники крестоносцев, напротив, часто рассказывают о Кейстуте и почти не замечают Альгерда. Это связано именно с разделением их сфер влияния.

Вот что пишет об Альгерде и Кейстуте историк Нечволодов, обширный труд которого основан на древних русских летописях, житиях святых, сочинениях авторов XVI–XIX веков:

«Оба брата как бы дополняли друг друга: Кейстут был настоящим язычником — храбрый, добродушный, хотя и не без некоторого коварства; Альгерд же отличался глубокими государственными дарованиями. Он умел правильно пользоваться обстоятельствами, верно намечал цели своих стремлений, выгодно заключал союзы и удачно выбирал время для приведения в исполнение своих замыслов. При этом он был крайне сдержан, осмотрителен и сохранял свои намерения в непроницаемой тайне. Также скрытно и внезапно любил он совершать и свои военные походы. Альгерд был человеком безусловно трезвым, что было редко в то время».

Нечволодов А. Сказания о русской земле. Книга 2, с. 393

Во времена правления Альгерда земли Великого княжества Литовского и Московской Руси разделяли территории Смоленского княжества и Великого княжества Тверского (ВКТ).

С княжеством Тверским Литва имела границу протяженностью около 100 верст. Ржева (Ржев), Зубцов и Холм были тверскими пограничными городами. Граница ВКЛ со Смоленщиной имела значительно большее протяжение.

Соответственно, оба этих «буферных» государства играли важную роль во внешней политике как Вильно, так и Москвы. Много позже Тверское княжество было завоевано Москвой, а Смоленское — Литвой.[26]

Мы упоминали выше, что зимой 1320–1321 годов великий тверской князь Дмитрий Михайлович «Грозные Очи» (1299–1326) женился на дочери великого князя Гедемина Марте. Тем не менее, прочного мира между ВКЛ и ВКЛ достичь не удалось. Так, в 1356 году литвины напали на Ржеву и захватили его.

В том же году умер Василий Александрович, князь брянский и смоленский, сын смоленского князя Александра Глебовича, княжившего в 1285–1287 гг. Брянск тогда входил в состав Смоленского княжества, кроме того, Василий Александрович имел ярлык от Янибека, хана Золотой Орды, на княжение в Брянске. Альгерд, воспользовавшись смертью брянского князя, внезапно захватил город. Князя Ивана, сына Василия Александровича, он взял в плен и увез в Литву, где тот вскоре умер (либо был убит).

В 1358 году объединенное тверское и можайское войско (можайский князь был вассалом Москвы) отбило Ржеву от литвинов. Но в следующем году сын Альгерда, князь Андрей (1325–1399) вновь взял Ржеву. Известно, что в 1360 году Альгерд сам посетил этот город.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неизвестные войны

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии