— Не люблю несправедливости! Почему лев — тоже, между прочим, хищник, да еще какой! — считается царем джунглей, а волка царем леса никто не называет? А еще поговорка есть, что человек человеку — волк. А почему не тигр и не лев? Да люди с волков должны пример брать! Они хранят друг другу верность всю жизнь, заботятся не только о своих, а и о чужих детях, и волчат беспризорных у них не бывает, не то что у людей! Люди своих собственных детей очень даже часто бросают, а волки чужих подбирают и воспитывают.
Лешка успокоилась только тогда, когда они занесли волчицу в сарай и опустили на заранее приготовленную подстилку. Присев рядом, она погладила лобастую голову.
— Проснется голодной, надо ей еды приготовить. И питья побольше давать, врач сказал. — Откинув со лба волосы, Лешка с озабоченным лицом повернулась к Катьке. — Всю дорогу придумывала, как мы ее назовем, но пока ничего в голову не пришло. Ты что предлагаешь?
— Никак мы ее не назовем, даже и не мечтай ее как-то называть, нельзя тебе к ней привыкать, — охладил сестру Ромка. — И вообще, как волка ни корми, он все равно, сама знаешь, что делает. Причем в этой пословице про волчат говорится, а ты взрослого зверя притащила, он вообще не приручаемый. В любом случае мы ее в лес отпустим, там ее место.
Тщательно закрыв за собой дверь сарая, друзья вышли на улицу, чтобы поблагодарить Жан-Жака. Француз принял эстафету от Лешки и просвещал тетку Анфису: рассказывал ей о Международном центре волка, который находится в маленьком городке под названием Или на границе США с Канадой и занимается изучением и охраной этих прекрасных зверей. Жан-Жак был эрудированным человеком, мог поговорить на любую тему.
— Не так давно в штате Миннесота, где находится этот центр, за убийство волка полагался штраф в размере 20 тысяч долларов и заключение в тюрьму до года, вы себе это представляете? — француз даже поднял вверх указательный палец.
Однако на его оппонентку эти слова, равно как и Лешкины, не произвели никакого эффекта. Тетка Анфиса лишь качала головой и твердила свое: волку в их поселке не место.
— Странные вы люди! — вынесла она под конец свой вердикт. — Кому рассказать — не поверят!
А потом круто развернулась и пошла прочь, не переставая, как маятником, качать головой. Пожав плечами, Жан-Жак сел в свою машину, но перед тем, как включить мотор, еще раз попросил ребят принять все меры предосторожности.
Нина Сергеевна, распрощавшись с французом, подавила в себе глубокий вздох и спросила:
— Устроили зверя? Тогда идите обедать, верней, теперь уже ужинать.
Глава VI
Дачник с Ольховой улицы
После обеда-ужина все снова понеслись в сарай. Лешка с полной миской еды бежала первой. Когда она открыла дверь, волчица уже проснулась и пыталась встать.
Сказав «лежи, лежи», Лешка подсунула ей под нос миску. Волчица понюхала подношение, тут же все съела и облизала дно и края посудины точь-в-точь так же, как это делал Дик. Лешка убрала миску и смело погладила зверя по голове. Волчица прикрыла глаза, опустила голову на лапы и громко охнула, совсем как человек. Лешка дотронулась до волчьего носа, чтобы проверить, холодный он или горячий, и зверь теплым шершавым языком лизнул ее руку.
— Вы видели? — с неописуемым восторгом Лешка оглянулась на друзей. — Говорят, что волки злые, а выходит, что все не так! Она как собака.
Держась на всякий случай поодаль, Ромка пожал плечами, но возражать не стал. Факт, как говорится, был налицо. Но сейчас его волновало не это.
— Все думаю и никак не могу понять, откуда эта волчица взялась на той поляне. Люди, понятное дело, клад искали, а она как туда попала? Надо поскорее разузнать, что за всем этим кроется.
— Надо, — продолжая гладить зверя, отозвалась сестра.
— Тогда вставай, нечего прохлаждаться. Пора искать того мужика. Кстати, мой знакомый дед сказал, что зовут его Дмитрием Геннадиевичем.
— По прозвищу Седой, — усмехнулся Артем.
— Да-да, именно так и будем его называть. А остановился он у какой-то Прасковьи Ивановны. Темка, ты случайно не знаешь, где живет эта Прасковья Ивановна?
Артем покачал головой:
— Откуда?
— Тогда спроси у своей тетки, может, она знает.
Прасковья Ивановна, или бабушка Паша, как назвала ее Нина Сергеевна, жила на Ольховой улице, всего за три квартала от дачи Артема.
Ромка прихватил с собой бинокль и фотографию руки с часами, чтобы сравнить их с оригиналом. Лешка перед уходом еще раз заглянула в сарай, и друзья отправились на дело.
Ольховая улица отличалась от всех других медовских улиц своими высокими фруктовыми деревьями, которые росли между дорогой и тротуаром, образуя узкий зеленый бульвар-коридор. Поскольку его венчал тупик, чужие машины здесь не ездили, заезжали лишь те, что принадлежали жителям здешних домов.
Рядом с аккуратным деревянным домиком бабушки Паши сбоку от калитки стояла широкая, сбитая из досок скамейка. На ней седой мужчина и дочерна загорелый кареглазый мальчишка лет семи или восьми играли в шахматы.