Он никак не отреагировал, и вскоре я поняла, почему. Ждал, гад такой! Я сама, фыркая от боли, отбросила ларец – его железные бока полыхали от жара. Выдохнула. Высказываться смысла не было – сама хороша – знала же, что он долгое время был у Кьяра. Интересно, а как там моя драгоценная шкатулка? Подняла голову. Саламандр закатил глаза:
- Ничего с твоей ледышкой не случится! Я ее в особенном месте храню, и дольше, чем нужно, не держу в лапах!
Не скрывая облегчения, выдохнула и приступила к делу.
- Нужно вернуться туда, где убили Иду.
- Она уже там караулит, - нехотя, сообщил он.
- Только не говори, что не подготовился!
- Не забывай, что она теперь владеет огненной магией! В теле Гери немало огня!
- И не убеждай меня, что твой отряд не справится с задачей.
- Ты слезно умоляла не убивать ее, - Кьяр подготовился, изучил мое послание и теперь возвращал мои же слова.
- Так мы все погубим. После ритуала Листакова исчезнет.
- Закрой глаза, - ответил он, и я ухватила ларец. Он слегка приостыл, и хотя ладони жгло, терпела.
Мгла смешала окружающие цвета в один, и я послушно прикрыла веки, потому что смотреть стало не на что.
Глава 16. О подарках
Жар обрушился на нас внезапно, и я, поспешив отрыть глаза, заморгала, пытаясь прогнать слезы. В горле запершило, поэтому закашлялась, и чуть было не упала – земля под ногами гудела от рева неутомимого пламени. Оно заливало красным горизонт, солнце наступившего дня скрывала дымная завеса.
Кое-как проморгавшись, стараясь не выпустить ларец, осмотрелась. Кьяр был словно у себя дома, а вот мне сделалось жутко. Несмотря на полыхающий огонь, я дрожала. Заставила себя собраться с духом – слабой ведьме не провести ритуал, и огляделась вторично. Поведение саламандра резко изменилось, он напрягся, а через секунду, перекрывая шум пожара, раздался рев, полный боли:
- Убью!
Без пояснений ясно, кого ждет неминуемая кара, если я не вмешаюсь. Уничтожить Листакову должна та, которая отпустила ее много лет назад. Я должна исправить свою ошибку. Преградила дорогу разбушевавшемуся Кьяру.
- Стой! – закричала во все горло.
Он замер, опасно прищурился, зашипел:
- Тварь убила моих родных и друзей!
- И моих тоже! Вспомни!
Саламандр остался в прежнем положении, указывая на то, что готов слушать меня и дальше.
- Тебе не убить ее душу, только телесную оболочку. Та, кем стала Ида, найдет другого носителя. Сколько еще людей она изведет? Я могу покончить с ней навечно!
- Я должен что-то сделать, - глухо произнес он.
- Отвлеки, пожалуйста. Мне нужно подготовиться!
Кьяр согласно мотнул головой и исчез в ревущем пламени, я же осталась на относительно свободном островке, защищенном от пожара силой саламандра. Сосредоточилась на деле, четко, не дрогнувшей рукой вывела на земле символы, заключила их в круг, за ним - еще один солью. По случаю прихватила с собой мешочек из запасов владыки, авось, не обеднеет.
Встала в центр, запела на старинном языке, который знали в совершенстве все ведуньи, и распахнула ларец. Пепел завертелся вихрем, плавно опускаясь на точно выведенные символы. Сейчас главное не упустить самый ответственный миг, поэтому смотрю в оба глаза и предельно внимательно слушаю.
И все-таки я пропустила секунду, когда в круге возник призрак Иды. Узнать бывшую ищейку Лельска сложно. Одна половина лица сморщена, другая покрыта черной коркой, там, где положено биться сердцу, кружится черный завиток.
- Здравствуй, столичная ищейка! – прохрипела она, впиваясь в меня узкими, покрасневшими глазами.
- Прощай, Ида Листакова! – твердо ответила я, хладнокровно встречая ее пылающий яростью взгляд, и завела новый куплет песни смерти.
Демоница черной Грани, окончательно вытесняя, ту, что считала себя ее хозяйкой, не пожелала сдаваться. Вцепилась в меня мертвой хваткой, царапая нежную человеческую кожу. Я не прислушалась к боли, не до нее, у меня важная цель. Острые когти принялись рвать мою плоть, но я, стискивая руки в кулаки, не прерывала пения. Мне все равно суждено умереть сегодня, а часом раньше или позже – нет разницы.
Судьба распорядилась иначе. Решив, что меня убьют, прежде чем закончу ритуал, появившийся за соляным кругом Кьяр выдернул меня из него.
На миг, вдыхая, я прервалась. И это мгновение едва не стало роковым. К счастью, я вдохнула неглубоко, и вновь зазвучал мой напевный шепот. Я чувствовала, как из рваных ран струится кровь, окрашивая лохмотья, оставшиеся от одежды. Все равно, главное завершить. Поэтому пела, не останавливаясь. В круге вопила, пытаясь вырваться из магической темницы демоница, за спиной застыл Кьяр, оберегая меня от языков пламени.