- Я, Лежек, Ингвар и Аленар.
- Аленар? - крайне удивленно повторил Ален. – Стоп. Не объясняй, откуда там взялся мой дядюшка. Откуда ты здесь взялась, если с тобой все хорошо?
Я постаралась собраться с мыслями.
- Честно говоря, понятия не имею. Ингвар хотел попасть в мир мертвых или как он там называется, чтобы узнать, как найти твоего учителя… Слушай, так ты можешь мне все рассказать сам!
- Элька, ты меня с ума сведешь! - простонал маг. – Пожалуйста, коротко и ясно, без дополнительных подробностей. Где ты сейчас и почему оказалась здесь?
- Мы на Клендаре, - отрапортовала я. – Ингвар сейчас шаман в своем селении. Он проводил ритуал, чтобы попасть в мир мертвых. Я ему помогала. И меня затянуло сюда. А теперь скажи мне, как найти твоего учителя, чтобы мы смогли вытащить Нааль и освободить тебя.
Ответ Алена никак не предназначался для института благородных девиц. Откровенно говоря, и в менее пристойных заведениях, вроде городского кабака или приемной городского головы, его сочли бы нарушением общественного порядка. И только в компании пьяных троллей, обсуждающих результаты последнего соревнования по их национальной игре, эти слова могли бы прийтись к месту.
- Я ему голову оторву, - наконец, раздались цензурные слова.
- Кому? – оскорбленно поинтересовалась я, радуясь уже тому, что прозвучало «ему», а не «тебе».
- Всем, - неопределенно пояснил Ален. – Элька, слушай меня внимательно. Моим учителем был Магистр Теодгард. Вам нужно попасть на северо-западную оконечность архипелага. Там есть небольшой островок, по очертаниям похожий на черепаху, высунувшую только передние лапы и хвост. Хижина Теодгарда стоит в самом центре острова. Маг переселился туда после моего отъезда и закрыл островок магической завесой. Но вы должны справиться с этой проблемой.
- Не думаю, что это настолько сложно, - уверила я его.
- Отлично. А теперь… Элька, тебе надо уходить. Немедленно.
- Но… - Я инстинктивно прижалась к нему покрепче.
- Элька… Мне еще тяжелее, чем тебе. Но, alliarr, чем дольше ты находишься здесь, тем сложнее тебе вернуться. Я и так, честно говоря, не представляю, как это сделать. Могу только предположить, что ты должна идти на звук бубна. Ингвар, надеюсь, не забыл про это?
- Нет.
- Хоть что-то хорошее. И, Элька, и думать забудь, что ты можешь сюда вернуться!
- Я и не собиралась! – запротестовала я.
- Я знаю тебя лучше, чем ты сама, - безрадостно вздохнул Ален. – Ни в коем случае не повторяй этого ритуала, неважно, одна или в компании! Я понятия не имею, что это за место. И очень хочу верить – пока ничего необратимого не произошло…
- Ален… - Я хотела рассказать еше очень многое – про странные сны, природа которых становилась все более и более неясной, про Ремара, Рейфа, про наших детей… Хотя последнее лучше бы сообщить наяву, так сказать, а не в потустороннем мире. Но Ален прижался ко мне губами, и я потерялась в наших общих, таких знакомых ощущениях. Молнии, бившие в нас, смешивались с горечью неминуемой и скорой разлуки, и еще хуже становилось оттого, что никто не мог сказать, когда мы встретимся вновь.
- Иди, любовь моя, - выдохнул Ален, с трудом оторвавшись от меня. – Иди на удары бубна, и не возвращайся, слышишь! Ell lientienn, Eliara, alliarr, kessiarr, lieniellie…
И я опять осталась одна в густом тумане, с ощущением поцелуя на губах и бурей эмоций в сердце. Любовь, озадаченность, нежность, печаль, ликование, тоска, боль и томление переполняли меня. Но постепенно все это пересилил страх. Я по-прежнему ничего не видела вокруг и ничего, кроме невнятного шороха, не слышала. Идти на удары бубна – это, конечно, хорошо, только где их взять? Жаль, что я больше не эльф – возможно, тогда мне удалось бы уловить эти неслышимые звуки. А интересно, что сказал бы Ален, увидев меня с удлиненными ушами?
Из меня вырвался нервный смешок, грозивший перерасти в истерику. Я взяла себя в руки и попыталась рассуждать логически. Если я пришла оттуда – значит, туда мне и надо идти. И неважно, что в молочной пелене невозможно сориентироваться. Если я каким-то загадочным образом нашла Алена, то примерно таким же способом и смогу уйти отсюда, надо только не стоять на месте, а действовать.
Я развернулась на пол-оборота и решительно зашагала вперед, уже не пытаясь обследовать окружающее пространство, а сосредоточившись исключительно на звуках. Туман, трава и шорох. Только шорох и биение сердца в ушах. Назойливое, мерное, пульсирующее биение, стучащее молоточком по изрядно взвинченным нервам. Тук. Тук. Бум. Бум. Тук. Бум.
Я закрываю глаза и слушаю только это биение.
Тук. Бум. Бум. Бум.
Биение становится все громче и громче, отчетливее и отчетливее, и вскоре поглощает собой все остальное. Нет ни травы, ни тумана, ни шороха. Меня утягивает в угольно-черную темноту с редкими радужными всполохами…
Глава 13.