Рано я съездила в поликлинику, когда вернулась, он только встал и принял душ. Мы слушали Бреговича, и мне было невыносимо грустно. Адику я честно отдала его выигранные деньги, и мы пошли покупать краски в магазинчике академии, там студенты, зачеты — живая такая атмосфера, краски по пять гривен тюбик и больше. После на Сенном рынке покупали водоэмульсионку. Рабочие несли старинное зеркало с мудреной резьбой, в котором отражались торговцы, что продают живых раков. Крестьяне сбрасывают грязную редиску с машины, босые солдаты пересаживают газоны. Потом встретили мальчика Птицу с подругой, они искали того, кто мог бы водить по городу приезжую француженку, Адик дал им телефон Зима. И я поехала домой, а он остался.
24 Мая.
Мы вышли прогуляться к Днепру. Снова облака затянули небо. Слюнявые пузыри на ивовых ветках. Адик купается. Мальчики поймали рыбок в банку. Мы их выпустили. Это были живые и мертвые рыбки, они не уплывали, а болтались в грязных мелких волнах, мне было неприятно на них смотреть. Он уехал снова в «Ребекку». Да, конечно, он приехал на такси в час ночи, постучал в дверь и стал, прислонившись к стене. Потом он меня ударил по лицу. Раньше он себе такого не позволял. Наверное, он очень пьяный. Разделся, начав с того, что швырнул кольцо в угол с обувью. Лег. Потом ушел и исчез. Я нашла его — он лежал на полу в маленькой комнате, и все вокруг в пятнах, похожих на кровь, я его разбудила и попросила подняться на кровать и укрыла одеялом.
25 Мая.
Встала в шесть посмотреть, как он спит. Рассветные полосы на стенах. Как ребенок. Эти пятна не от крови, а от вина, это меня успокоило. Но, конечно, полдня ушло на его драгоценное похмелье. Я ходила за продуктами и на переезде чуть не попала под поезд — собиралась уже шагнуть, но услышала жуткий крик — это обходчица в оранжевом жилете орала на меня. Меня прошиб холодный пот, когда я увидела поезд. Потом мы играли в нарды, и теперь он уехал на рынок за зеленью. И после этого достаточно паршиво, когда он смотрит фильм про хорошенькую девушку и говорит, что хочет такую и на такой бы он даже женился. К ночи мы ходили за пивом и наблюдали жизнь обитателей Китаево. Вечером все кричат, какое-то массовое гулянье без повода. Молодой послушник покупает водку.
26 Мая.
Впрочем, может быть, я ошибаюсь в числах. Настроение у меня сегодня ностальгическое. Вспоминаю школу. Если он еще раз посмеет меня ударить, я вернусь домой. К вечеру он снова уехал в город, и хорошо, если купит краски, как обещал, а то снова напьется, только и всего. Правда, утром он сходил со мной на пляж, но все равно, чувствовалось, что как бы в извинение, что это только для того, чтобы с чувством выполненного долга уйти. На пляже мы играли в нарды и бросали друг в друга кубики. Густо разрослась ряска. Горячий песок. Ротвейлер вырыл яму в песке и там прохлаждался. Женщина путешествует за своим черным спаниелем, который убегает от нее по всем пляжам. Я купалась и плавала впервые этой весной. Когда плаваешь, беременности вовсе не ощущаешь. Он стряхивал на меня капли со своих щетинистых волос. Его теплая кожа и горячее плечо, ощущение собственного тела. Тех денег, что он у меня выиграл, у него почти не осталось, а красок он так и не купил. У шкафа стоят незагрунтованные холсты.