— Погорячился я, хорошо. Не принимай близко к сердцу, Беркутов. Коли ты не трогал Дарико и лишь по совести поступал, защищал девушку не как свою собственность, а как гостью и сударыню в беде, то хвала тебе небесная, без прикрас говорю, — эти слова Багратиону дались тяжело. Грузин явно шел на словесные уступки, чтобы укусить побольнее. — Но никто в это не поверит. Бери Дарико в жены и тогда мы обыграем всё, будто ты защищал свою невесту. Тогда твои поступки будут выглядеть действительно по чести. Посягали на твое — ты обнажил саблю. Славный джигит так и делает. Я же прилюдно прощу тебя, рассудив, что поступил по чести, ибо жизнь своей женщины — святое.
Здрасьте, приехали!
Я скептически посмотрел на грузина.
— Не могу жениться, увы. Я несовершеннолетний, Ваше Сиятельство.
— Кхм, помолвка сойдет. — Ну спасибо за уступку, удружили! — А через год и женишься, тогда вам обоим можно будет. — Уже и возраст мой прознал, старый баран. — Беркутов, рассуди сам. — Пошел он с другой стороны, видя, что мне как бы хны на его аргументы. — Дарико все еще Беридзе, а ей там жизни не будет. Сожрут девочку. Она ведь наследника своего главы голыми руками прикончила! По интернету ролики до сих пор гуляют. Не будет жизни девочке, — вздохнул Багратион, будто ему дело до Дарико в самом деле есть. — Растопчут, прижмут, а там и задушат по-быстрому. Свои же сверстники из Беридзе, такие же семнадцатилетние парни, как вы с Дарико. Просто потому, что так воспитаны. Воспитаны мстить за позор, Арсений. И ничего ты не сможешь с этим поделать, сколько бы не сжигал старейшин Беридзе.
Я только вздохнул. Прав старый грузин. Прав как есть. Понятно, что он лишь печется о сохранении за собой княжеского кресла. Грузинские рода запросто могут посчитать его слабым, раз позволяет чужаку их сжигать. А если Багратион заявит, что всё по традициям, ибо жених защищал невесту, а Мосэ подтвердит, что сожженные члены совета, правда, замышляли недоброе против Дарико, то, может, и прокатит. Ну и к болотопсам эти рассуждения про мотивы Багратиона. О своих целях надо подумать.
Дарико нельзя возвращаться к Беридзе. Это точно. Девочке не будет житья у родственников, как бы я ни обработал их, скольких бы грузин ни сжег. Менталитет не переделать столь быстро. Грузинка будет считаться предательницей, потому что выявила на публику проблемы рода. А куда ей тогда деваться? В мои невесты? Что, правда, жениться на барышне тупо из жалости? Дарико, конечно, мне глубоко симпатична, но, болотопсы жеваные, я, как бы, не резиновый.
А если подойти к этому вопросу с точки зрения полезности? Что я всё прикопался к слову «женитьба»? Это во мне трехсотлетний холостяк упирается. А ведь речь вообще не о женитьбе, как таковой. Местные дворяне совсем по-другому воспринимают данный обычай. Для аристократов брак равнозначен словам «выгода», «партнерство» и «сделка». Так и мне следует учиться у аборигенов, а не быть упрямым козлодоем. Дарико — умничка, из нее можно вырастить достойную помощницу в деле управления Корпорацией Беркутовых. Пускай называется женой, это всё ярлыки, неважные и пустые. Лет барышне почти семнадцать, она юна, неопытна, готова учиться и, самое важное, преданна мне. Как приучишь к горшку, так и будет ходить. А я приручу так, что она возьмет на себя часть обязанностей, разгрузит меня, будет работать во благо рода. С этим определились. Не жена-сиделка, а солдат.
— Возьму Дарико с приданым, — заявил я. — Два химзавода в Западной Грузии — «Координат» и «Акр».
Багратион порядочно прифигел.
— Ты уже забрал «Азот»!
— Это не было приданым, а посмертной вирой Петреса, — я пожал плечами. — Поймите, Ваше Сиятельство, мне не так сильно нужны рука и сердце Дарико. Я и так не отдам ее Беридзе и буду защищать. Но раз беру барышню в жены, то моему роду должна причитаться выгода с этого.
Багратион помрачнел как свинцовая туча. Но деваться князю уже было некуда. Так что в итоге я приобрел еще два химических завода. Очень неплохой придаток. В первую очередь мне нужен собственный выпуск аммиака, чтобы наладить производство взрывчатых боеприпасов и полимеров для силовых доспехов. Так разработка и массовое производство обойдется намного дешевле, особенно учитывая, что заводы мне достались бесплатно. Ну как бесплатно — за кровь Петреса и его свояков.
Обратно от Багратиона я ехал вместе с Волконским в княжеской машине. Следовало кое-что обсудить. Затем мы погрузились каждый в свои мысли. Я вот думал, как объявить Дарико, что теперь она моя невеста. Любая подача новости немного смущала, если честно.
Волконский же то и дело поглядывал на меня. Тоже, поди, мотает на ус, старый морж. Обдумывает многоходовку как меня женить еще и на Анфисе, сто процентов. Я же, типа, бог. А это сильные гены, как минимум, внуки-полубоги обеспечены, вроде как. А в перспективе так вообще возвышение Анфисы до богини. Конечно, всё это полная чушь, но князю откуда знать, он спокойно может напридумывать всякого, благо, что простора для фантазии хватает с лихвой.
На ужине, как обычно, собираются все домашние.