Вот и хорошо, подумала Санни, глубоко вздыхая. А пока она с ним наедине. Она не уверена в том, что у него все в порядке с головой, но главное в другом. Ее влечет к нему. Влечет так, что кружится голова и пересыхает во рту. Не все сразу, приказала она себе, отодвигаясь подальше.
— У нас масса свечей. — В доказательство она зажгла свечу, которую сжимала в руке. При виде язычка пламени, который не дрожал, уверенности у нее прибавилось. — И масса дров. Ты подбрось в камин пару поленьев, я позабочусь о том, чтобы в комнате стало светлее.
Язычки пламени отражались у нее в глазах. Джейкоб понял, что она нервничает; он не мог не отметить, что в таком состоянии она еще более соблазнительна.
— Да, конечно.
Санни собрала все свечи, какие ей удалось найти. Слишком поздно она поняла, что хватило бы и одной или двух. После того как она расставила по всей гостиной дюжину горящих свечей, обстановка сделалась совсем интимной. Сунув спички в карман, она напомнила себе: такие вещи, как романтическая атмосфера, на нее не действуют.
— Знаешь, который час? — спросила она.
— Только примерно. Сейчас около шести.
Санни присела на подлокотник дивана, стоящего ближе к камину.
— Я проспала дольше, чем собиралась. — Она пыталась сделать хорошую мину при плохой игре. — Как ты развлекался сегодня днем?
— Я починил кран. — На починку ушло больше времени и сил, чем он думал, но все же он справился.
— А ты, значит, домовитый? Любишь, чтобы дома все работало и было в безупречном порядке, да? — язвительно спросила она и улыбнулась. Сейчас они в состоянии помочь себе только сами, и ссориться с ним глупо. — Пойду сделаю нам сандвичи. — Она встала. Лучше отблагодарить его едой — все хоть какое-то занятие. — Пива хочешь?
— Да. Спасибо.
Две свечки Санни взяла с собой на кухню. Она совсем было успокоилась, но вдруг почувствовала, что он идет за ней.
— С такими делами я и сама справлюсь. — Она открыла холодильник и выругалась, вспомнив, что света нет.
Джейкоб молча протянул ей свечу. Санни вручила ему две бутылки пива.
Джейкоб запомнил, как утром она открывала газировку, и вскоре отыскал нужное приспособление.
— Включи, пожалуйста, радио.
— Что?
— Радио, — повторила Санни. — Приемник на подоконнике. Может, сейчас передадут прогноз погоды.
Джейкоб вскоре разглядел маленькую пластмассовую коробочку и нажал кнопку включения. Послышался треск помех. Он улыбнулся. Может, имеет смысл, так сказать, позаимствовать у нее эту смешную вещицу и захватить с собой домой?
— Потрахайся с настройкой, — посоветовала Санни.
— Что значит «потрахайся»?! — ошеломленно переспросил Джейкоб.
— Ну, повозись с ней, покрути колесико. Если повезет, что-нибудь поймаешь.
Он довольно долго смотрел на маленький приемник, соображая, как можно трахаться с неодушевленным предметом. Убедившись, что Санни повернулась к нему спиной, он отнес приемник на подоконник и встряхнул его. Нет, так делать глупо… Он принялся за настройку. Треск то усиливался, то пропадал.
— Горчицу или майонез?
— Что?
— Что ты больше любишь — горчицу или майонез? — Санни говорила медленно, терпеливо.
— Мне все равно. Положи то же, что и себе. — Он с трудом отыскал какую-то музыкальную радиостанцию; звуки были едва слышны.
Как здешние люди мирятся с такой ненадежной техникой? Дома у него переносное устройство, которое сообщает погоду в Париже, передает репортажи со всех бейсбольных матчей, предупреждает о пробках на Марсе и вдобавок варит вполне сносный кофе. Причем одновременно. А эта древняя детская игрушка, похоже, способна лишь на еле слышный шепот — все равно что играть на банджо в аэродинамической трубе.
— Дай-ка. — Отложив горчицу, Санни выхватила у него приемник и легонько встряхнула. Через секунду оттуда загремела музыка. — У него своеобразный характер, — пояснила она.
— Какой характер может быть у приемника? — не понял Джейкоб.
— Своеобразный. — Очень довольная, Санни поставила приемник назад, на подоконник, взяла пиво и сандвич и села за стол. — Хотя зачем мне их прогнозы? — Она с жадностью набросилась на еду. — И так видно, что идет снег.
Джейкоб пробовал картофельные чипсы — Санни насыпала полную миску.
— И все же не помешает узнать, когда снегопад прекратится.
— Они могут только гадать. — Санни пожала плечами. Джейкоб тоже сел за стол. — Сколько бы спутников они ни посылали, все равно их прогнозы — всего лишь догадки.
Он открыл было рот, чтобы возразить, но передумал и набросился на сандвич.
— Ты боишься?
— Чего?
— Того, что ты… — Какую бы фразу использовала она сама? — Что ты отрезана от мира.
— Не очень — по крайней мере, день-два я не стану волноваться. А потом начну сходить с ума. — Она нахмурилась. Наверное, не самое удачное словосочетание в разговоре с Джейкобом Хорнблауэром. — А ты?