Читаем Все будет Украина! полностью

Полезли на насыпь. Пыхтели долго (возраст, вес). Залезли. Стоят три скирды сена на насыпи и один камуфляжный (зеленый человечек), оглядываются. Впереди посадка, в ней кто-то затаился. Я не знаю что увиделось людям в посадке, но от туда прозвучали автоматные очереди (слава Богу в воздух). Разведчики рухнули на рельсы. Дядя Гриша крикнул: “Та ну на х... ползем, постреляют, б...ть!” До него, как он пояснил позже, дошло, что он в камуфляже, а значит, типа военный, он расстегнул ширинку и извиваясь на рельсах стал выползать из штанов. Бабы ползти не смогли, просто кубарем скатились с насыпи, так как она крутая, набрали скорость и побежали. Дядя Гриша командовал: “Снимай камуфляж, б...ть, застрелят!”

А теперь возврат разведгруппы глазами ожидающих их посельчан: зелень кукурузы, автоматные очереди, крики, по кукурузе катятся волны, все трещит и шатается... Из кукурузы вылетают разведчицы (вес от 170 и до...) , которые с грацией и скоростью лани, несутся по огороду, оставляя за собой вмятины в земле а ля минометная мина, срывают на ходу с себя одежду, а за ними без штанов, полуголый бежит дядя Гриша и что-то орет...

Да, главное... при разведывательной операции никто из мирного населения не пострадал. Чуть пострадали огороды и кукуруза.

История бомбоубежечно-пищевая

Мы тут привыкли к взрывам, выстрелам, бахам, бухам. Обустраиваем бомбоубежища-подвалы, учимся различать звуки выстрелов. Но это предыстория. История в другом. У нас на поселке остались деревянные дома , их называют “стандарты”. Они двухэтажные. Их строили после войны немецкие пленные. Стены тонкие, удобства во дворе, лестница деревянная, скрипучая. Чтобы ночью не бегать в удобства во дворе, в коридорах (в квартирах) ставят ночные горшки (ведра). Люди в них живут (три подъезда по две квартиры) очень дружно и очень друг друга слышно. На улице возле домов сарайчики, навесики, столики, где по вечерам все собираются играть в карты, пить пиво, угощают друг друга вкусностями.

Две соседки в жару решили покушать окрошки. Рецепт был новый и “ну очень ядреный”. Нарезка, как обычно, а заправка: забродившая молочная сыворотка на изюме, стакан светлого пива, сметана.

Ночью у одной из соседок, поевшей ядреной окрошки, приключилось брожение и срочная потреба в ночной вазе. Ночная ваза — железное ведро. тетя Валя, женщина добротная. Я опишу все тактично и толерантно... После раздавшегося выстрела, сдетонировавшего в железное ведро и разнесшегося эхом по деревянному дому с деревянными перегородками, все 12 семей эвакуировались на улицу. Бомбят! Бежать не куда. Бомбоубежища нет.

Кто-то принял решение и сиганул через забор в соседский огород. Туда сиганули все, кто не перепрыгнул, просто выломали забор. Упали в грядки. Лежат. Ночь. Соседская собака, посмевшая гавкнуть, увидела такое количество прыгнувших через забор, заскулила и забилась в будку.

Через пару минут, отлежавшись, все стали обзванивать знакомых и родню с предупреждением бомбежки. На поселке стал гаснуть свет... Пролежав в огороде полчаса, народ, оценив тишину улиц, решил вернуться в квартиры. Улеглись. И тут... окрошка, сыворотка и пиво, не ужились в организме второй соседки... Ночная ваза та же. Звук тот же. Реакция жителей та же. Место для укрытия уже привычное. Выбегали из квартир быстрее (уже опыт был). Но... У тети Оли был муж, который понял ситуацию, но сказать стеснялся. Пока лежали в соседском огороде, поселок был поднят по тревоге. Свет погас даже в отдаленных окнах. Тишина...

От стресса окрошка в организме обеих покушавших, решила все же выйти погулять. К уличному удобству через забор и кусты обе соседки бежали дружно. После того, как у всех отлегло на сердце и в желудке, было проведено ночное совещание (все равно все не спали), и решено: до окончания АТО запретить в доме к употреблению квас, пиво, сыворотку, молоко, огурцы, и (после признания еще одной соседки) красную свеклу.

Утром, отоспавшись, мужчины починили соседский забор, и, скинувшись деньгами, решили построить бомбоубежище: вырыли подвал, забетонировали, поставили скамейки, провели свет. Никто из мирного населения не пострадал. Чуть пострадали соседский забор и огород, но собака уже отошла от стресса и даже начала гавкать.

Медово-военная история

У моего друга есть пасека под Антрацитом. Туда наведались военные камуфлированные люди с оранжево-черными и триколоровыми ленточками на рукавах. Стали требовать мед. Сторожа говорят, — мед не качали, в ульях берите.

Военные, открыли 5 ульев и стали грубо доставать рамки. Пчелы были против. Результат: военные бежали по полю и из автоматов отстреливались от роя пчел. На выстрелы, из посадки, не разобравшись в ситуации, прибежали другие военные, спасать тех военных.

Пчелам было пофиг, сколько военных укусить. Те, кого уже укусили, особенно не видели куда стреляли, поэтому перевернули еще несколько ульев, убили и ранили тех военных, которые прибежали спасать своих военных.

Перейти на страницу:

Похожие книги

60-я параллель
60-я параллель

«Шестидесятая параллель» как бы продолжает уже известный нашему читателю роман «Пулковский меридиан», рассказывая о событиях Великой Отечественной войны и об обороне Ленинграда в период от начала войны до весны 1942 года.Многие герои «Пулковского меридиана» перешли в «Шестидесятую параллель», но рядом с ними действуют и другие, новые герои — бойцы Советской Армии и Флота, партизаны, рядовые ленинградцы — защитники родного города.События «Шестидесятой параллели» развертываются в Ленинграде, на фронтах, на берегах Финского залива, в тылах противника под Лугой — там же, где 22 года тому назад развертывались события «Пулковского меридиана».Много героических эпизодов и интересных приключений найдет читатель в этом новом романе.

Георгий Николаевич Караев , Лев Васильевич Успенский

Проза / Проза о войне / Военная проза / Детская проза / Книги Для Детей
Уманский «котел»
Уманский «котел»

В конце июля – начале августа 1941 года в районе украинского города Умань были окружены и почти полностью уничтожены 6-я и 12-я армии Южного фронта. Уманский «котел» стал одним из крупнейших поражений Красной Армии. В «котле» «сгорело» 6 советских корпусов и 17 дивизий, безвозвратные потери составили 18,5 тысяч человек, а более 100 тысяч красноармейцев попали в плен. Многие из них затем погибнут в глиняном карьере, лагере военнопленных, известном как «Уманская яма». В плену помимо двух командующих армиями – генерал-лейтенанта Музыченко и генерал-майора Понеделина (после войны расстрелянного по приговору Военной коллегии Верховного Суда) – оказались четыре командира корпусов и одиннадцать командиров дивизий. Битва под Уманью до сих пор остается одной из самых малоизученных страниц Великой Отечественной войны. Эта книга – уникальная хроника кровопролитного сражения, основанная на материалах не только советских, но и немецких архивов. Широкий круг документов Вермахта позволил автору взглянуть на трагическую историю окружения 6-й и 12-й армий глазами противника, показав, что немцы воспринимали бойцов Красной Армии как грозного и опасного врага. Архивы проливают свет как на роковые обстоятельства, которые привели к гибели двух советский армий, так и на подвиг тысяч оставшихся безымянными бойцов и командиров, своим мужеством задержавших продвижение немецких соединений на восток и таким образом сорвавших гитлеровский блицкриг.

Олег Игоревич Нуждин

Проза о войне