Мы до сих пор не знаем, откуда подобные организмы берут воду. Возможно, в те редкие моменты, когда снег накапливается и тает, эти бактерии могут получить какой-то минимум влаги, который они собирают и хранят в утолщающихся стенках клеток. Более того, поскольку питательных веществ здесь практически нет, выдвигались предположения, что бактерии получают фосфор, серу и прочие необходимые им элементы из занесенных ветром мелких частичек почвы, которые время от времени застревают в порах песчаника.
Конечно, даже по сравнению с относительно теплыми экваториальными районами Марса антарктические сухие равнины кажутся влажным тропическим раем. Но их пример показывает, что там, где есть хоть малейшая возможность поддерживать жизнь, всегда обнаруживаются живые организмы, способные приспосабливаться к самым неблагоприятным внешним условиям.
Жизнь в морозильнике
Другой путь на Марс — воссоздать марсианскую среду в лабораторных условиях где-нибудь поближе к дому. Вам понадобится барокамера, в которой давление составляет 1 % от земного, а состав газов соответствует атмосфере Марса. Внутреннее пространство камеры нужно охлаждать жидким азотом, чтобы имитировать холод марсианской поверхности, а солнечный свет заменить дуговой лампой полного спектра. Во всем мире есть несколько лабораторий, в которых можно воспроизвести условия Красной планеты и, поместив туда земные организмы — преимущественно микробы, — измерить параметры их метаболизма, проследить за ростом и размножением.
Так что же выяснилось? Как оказалось, некоторые виды земных микробов могут выживать и даже расти в условиях марсианских температур, давления, состава атмосферы и солнечного излучения. Как ни странно, не все победители игры «Выживший на Марсе» классические экстремофилы. Несколько видов бактерий рода
Однако земные микроорганизмы так или иначе должны иметь доступ к воде, хотя бы в самых незначительных количествах. Без этого им не выжить. Живущие в камнях антарктических сухих равнин бактериальные колонии наглядно демонстрируют нам, как важно для жизни наличие хотя бы небольшого количества воды и питательных веществ. Бактериям нужно немного, но совсем без воды и пищи жить невозможно. Поскольку у меня нет уверенности в том, что на Марсе это фундаментальное требование может быть выполнено, я не возьмусь утверждать, что жизнь сможет выжить на Марсе. Но, если нам удастся обнаружить хотя бы изолированный или кратковременный источник жидкой воды — допустим, ничтожно малое количество растаявшего подповерхностного льда, — тогда есть вероятность, что земная жизнь сумеет этим воспользоваться. А если это получится у земной жизни, то почему не могло бы получиться у марсианской? Но каковы шансы обнаружить такое редкое, в высшей степени локализованное и сезонное явление на поверхности Марса (или под ней) с помощью наших орбитальных дозоров или в пределах ограниченной досягаемости планетоходов?
Новая надежда
Марс изрыт оврагами. Каждое новое поколение автоматических станций на орбите Марса демонстрирует нам все новые и новые овраги, вымоины и сухие русла и каждый раз во все более крупном масштабе и разрешении. Но никто не рассчитывал увидеть на стенках оврагов сезонные потоки, набирающие силу марсианской весной и иссякающие осенью. Но это еще можно было предположить. Настоящей сенсацией стало то, что эти потоки возникают в одних и тех же местах регулярно, из года в год. Оказалось, что поверхность Марса пребывает в постоянном движении: чтобы это обнаружить, нам просто нужна была на орбите камера с достаточным разрешением, а также терпеливые и усидчивые исследователи. И вот, установленная на аппарате «Марс Реконессанс Орбитер» камера HiRISE, обладающая высоким оптическим разрешением, позволила добиться качественно нового уровня детализации марсианской поверхности.