— Тогда почему бы тебе не податься в воры? — усмехнулся дед. — В карманники, например… Лучше ведь! Честнее… Ты сама подумай, Алиса, как это выглядит, ты ведь не просто Алиса! Ты Павлищева! Твой пращур с Чаадаевым дружил, другой — с Иоанном Кронштадтским лепрозорий открывал… Они в твою головку что-то свое вложили, талант-то у тебя не просто из воздуха появился! А ты все на этих теток разбазариваешь! Да любая из них, прости Господи, дает глупую надежду, что ум иметь не обязательно!
— Это не по-христиански, дедуля, — хитренько улыбнулась Алиса. — Люди все равны.
— Может, и равны, — проворчал распоясавшийся дедуля. — Только не убедишь ты меня в том, что Иоанн Кронштадтский равен по значимости какому-нибудь воришке и алкашу… Миру-то нужнее отец Иоанн, а не воришка! Вот пусть и знает свое место.
— Дедуля, это совсем не по-христиански! — возмутилась Алиса. — К тому же я не думаю, что все эти перестрелки связаны с моими занятиями.
— Алиса, — попросил дедуля, взяв ее руки в свои. — Обещай мне одну вещь. Когда все это закончится, ты найдешь себе другую работу! Сейчас я тебе ничего сказать не могу. Пойму, что там за темные дела, тогда объясню тебе все.
Алиса удивленно посмотрела дедуле в глаза.
— Тайны? — переспросила она. — У тебя тайны?
— Да не тайны, — развел руками дедуля. — Просто одну статью прочел и задумался…
— Алиса! Вы где? — раздался из комнаты встревоженный голос Сары.
Высокая гостья ждала, а это значило, что все разговоры придется оставить на потом.
ГЛАВА 4
— Если вам нечего делать, — сказала она с досадой, — придумали бы что-нибудь получше загадок без ответа! А так только попусту теряете время!
Алиса старалась не думать утром. Она всегда просыпалась с трудом, потом бродила по дому, стараясь не смотреть на компьютер. Затем следовало долгое кофепитие с сигаретой — Алиса готовилась к рабочему дню. Иногда ей казалось, что ее организм протестует против насилия над собой. «Дедуля нрав, — думала она. — Надо уходить… А то я совсем перестану писать. И читать тоже перестану. Мне везде будут мерещиться «негры». Как же читать после этого? Думаешь, читаешь Д. Г. Лоуренса — а на самом деле это не Лоуренс, а Луи Армстронг… Прав дедуля! Надо подумать над Валериным предложением. Для создания кулинарных рецептов тоже пригодится мое филологическое образование…»
— Интересно, сколько она может стоить? — прервала ее мысли Елизавета, задумчиво глядя на «Святую Деву».
— Лет на десять безбедной жизни хватило бы, — предположила Алиса. — Ты хочешь ее украсть и продать?
— Не я, — отмахнулась Елизавета. — Эти типы, которые мелькают в наших окнах…
— Типы про нее не знают пока. Они по какой-то другой причине нами интересуются.
— Узнают, — зловеще усмехнулась Елизавета. — Заглянут еще пару раз в окна и быстренько приметят…
— Глупости какие! Может быть, они все-таки дома перепутали — в это я скорее поверю!
— А если их интересует наша Сара?
От неожиданности и смелости предположения Алиса застыла, как каменное изваяние, и уставилась на Елизавету.
— Зачем им Сара? — спросила Алиса.
— Откуда я знаю? Может быть, Сара перевозит наркотики… Она их кинула и решила деньги от «белой смерти» себе в карман положить. Или они предварительно договорились с Мерзавцевым. Организовали встречу читателей с псевдописателем. Чтобы не возникало подозрений… А сами в это время постараются сбыть наркоту с рук…
— Ты что, с ума сошла? — испуганно прошептала Алиса.
— Весь мир сошел с ума, — томно ответила Елизавета. — Особенно он сошел с ума из-за наркоты… Она стоит дорого, побольше, чем твоя икона, так что вполне возможно, что Саре хотелось подработать… Твои опусы приносят ей слишком маленький доход. Или она пала жертвой чьих-то интриг. Например, у нее на глазах погибли жених и дети-близнецы. Она тронулась рассудком, поверила, что это она и есть Сара Мидленд. То есть ей это внушил нанятый Мерзавцевым психиатр… По-русски она ведь хорошо говорит, правда? И свято верит, что все книжки про Элайзу она написала. А жениха и детей убили, и вот теперь мафия думает, что она опасный свидетель. Вот и пытаются устранить ее, а заодно и тебя. Так что можно эту версию рассмотреть, если тебя не устраивает наркота…
— Не устраивает, — подтвердила Алиса. — Какая-то глупость пришла тебе в голову с этой наркотой! И вторая версия мне тоже совсем не правится. Да и при чем тут Сара? Этот тип ждал меня…
— Ну, это бабушка надвое сказала, — покачала головой Елизавета. — Он мог подумать, что вы поедете вдвоем. Может быть, он вас вообще перепутал…
— Тогда у Сары есть нечто такое, что интересует наших бандитов… Или она шпионка.
— Она не иностранка. — Елизавета торжествующе посмотрела на Алису.
— Почему?
— А сама вспомни… Как она назвала дедулю? Пастором… А в Англии, между прочим, викарии. А пасторы — у американских протестантов.