– Между нами все кончено? – едва слышно спросил он.
Никки медленно подняла голову и сцепила руки с такой силой, что побелели костяшки пальцев.
– Мне нужно время, чтобы подумать. Пожалуйста, отвези меня домой. – В ее взгляде читалось унылое смирение.
– Конечно. Как скажешь.
Они доехали до ее дома, не прикасаясь друг к другу и не произнося ни слова. В салоне царила напряженная атмосфера. Остановившись, Пирс положил руки на руль:
– Я провожу тебя до квартиры.
– Нет, – ответила Никки. – Я этого не хочу.
Она выбралась из машины. Пирс последовал ее примеру. Он страстно хотел ее и мучительно осознавал, что Никки отстраняется от него физически и эмоционально.
– Поцелуемся перед сном? – Он постарался разрядить обстановку.
Никки сильнее закуталась в светлую тонкую шаль, несмотря на теплую и влажную погоду:
– Пожалуйста, не надо. Не стоит усложнять.
Пирса обуяли гнев и отчаяние.
– Это ты все усложняешь.
Она попятилась и приложила руку ко рту:
– Я должна идти.
Пирс в ошеломлении наблюдал, как она захлопывает за собой парадную дверь.
Прошло по крайней мере пять минут, прежде чем он повернулся к своей машине. Пять долгих минут. Пирс спрашивал себя, не совершил ли самую большую ошибку в жизни. Но если для того, чтобы быть с Никки, ему придется разрушить свою семью и сблизиться с кланом, известным своей замкнутостью, у него действительно нет выбора.
Включив зажигание, он заставил себя поехать вперед не оглядываясь.