Героем национально-освободительных войн итальянцев против Австрии в 1840–1860 гг. был Джузеппе Гарибальди. Все эти годы он призывал угнетенную и раздробленную Италию возродить былое величие страны, некогда существовавшей в виде могущественного Древнего Рима. Видя же пассивность многих соотечественников, особенно итальянской знати, Гарибальди нередко сетовал на «проклятие падшего Древнего Рима», завоеванного варварами и оставившего Италии «развратную землю, всегда готовую выносить иго победителей».
В начале 1849 г. австрийцы были изгнаны из римского папского государства, где была создана Римская республика. Но она была ненавистна папе Пию IX, и прибывшие по его призыву французские войска выбили гарибальдийцев из «вечного города». Уходя на юг, Гарибальди обратился к своим волонтерам: «Солдаты! Тем из вас, кто хочет следовать за мной, я предлагаю голод, холод и зной; никаких вознаграждений, отсутствие казарм и запасов, но форсированные марши и штыковые атаки. Словом, кто любит Родину и славу, пусть идет за мной!»
В 1859 г. Гарибальди сражался против австрийцев в рядах армии Пьемонта (Сардинского королевства). Надежды пьемонтского короля Виктора Эммануила на помощь других итальянских королевств и герцогств не оправдывались, и Гарибальди возмущался их равнодушием и двурушничеством. Он говорил об итальянских аристократах: «Они либо высокомерны, либо унижены, но всегда подлы».
«Для того, чтобы добиться согласия между итальянцами, — писал Гарибальди, — необходима хорошая палка».
В войне 1859 г. против Австрии союзником Сардинского королевства был французский император Наполеон III. Его главной целью было забрать у австрийцев в пользу Франции Савойю и Ниццу. Добившись этого, он враждебно отнесся к стремлению Гарибальди продолжить войну. Узнав, что тот вновь начал вооруженную борьбу, Наполеон III в сердцах воскликнул: «Хоть бы он холерой заболел!»
Сардинский король Виктор Эммануил мечтал объединить под своей властью все итальянские государства, однако он постоянно осторожничал. «Я хочу угрожать, но не действовать», — признавался король, опасаясь Австрии и гражданской войны.
Не дождавшись помощи короля, Гарибальди в 1860 г. сам перешел к действиям. Во главе отряда альпийских стрелков («Тысячи») он высадился на острове Сицилия и у Калатафими разбил неаполитанские войска, втрое превосходившие его. В своих «Мемуарах» Гарибальди позже писал: «Калатафими! Когда я, переживший сотню сражений, буду при последнем вздохе и мои друзья увидят на моем лице гордую улыбку, то знайте, что, умирая, я вспомнил тебя, ибо не было битвы славнее».
После освобождения Сицилии Гарибальди решил двинуться на Неаполь против Франциска II. Виктор Эммануил просил его не делать этого, но кумир народа отвечал: «Когда я освобожу население от гнета, я сложу свой меч к Вашим ногам и с той минуты буду повиноваться Вам до конца моих дней».
В сентябре 1860 г. Гарибальди ликвидировал Неаполитанское королевство обеих Сицилий. В марте 1861 г. Виктор Эммануил возглавил объединенное Итальянское королевство.
Таким же осторожным, как и король Виктор Эммануил, был его военный министр и глава правительства К. Кавур. Подобно многим в окружении короля он подозревал в Гарибальди социалиста и не раз проявлял недовольство действиями вождя «краснорубашечников». В 1861 г. генерал Гарибальди в итальянском парламенте в присутствии военного министра взял обязательство не подавать ему руки, заявив: «Кавур сделал меня иностранцем в Италии!»
Папу Пия IX, возглавлявшего римское папское государство, генерал Гарибальди издавна считал пособником австрийцев. Папское духовенство он называл «черной гадиной», растлевавшей итальянцев, «дабы мы, усмиренные и впавшие в идиотизм, привыкли не замечать свиста лозы».
В 1862 г. Гарибальди без разрешения короля Виктора Эммануила двинулся на Рим. Король, опасаясь Наполеона III — союзника папы, выслал наперерез «краснорубашечникам» Гарибальди регулярные войска. Гарибальди запретил своим подчиненным стрелять в соотечественников, но в Калабрии вооруженная стычка все же произошла. Главный объединитель Италии был ранен (изуродованную пулей правую руку ему спас от ампутации русский хирург Н. Пирогов) и добровольно перешел на положение пленника короля. Через несколько месяцев он был прощен Виктором Эммануилом.