Вдруг под столом его сгустилась тьма, став похожая на желе. Колыхнулась будто от ветра и втянулась в его ноги, никак не потревожив древнего ифрита. А спустя минут пять барон Кёнинг вдруг скривился лицом, судорожно вдохнул, после чего громогласно чихнул, едва не опрокинув свой стол вспышкой реактивной струи. Остатки проклятья в виде чёрного пепла вылетели из его носа, растворившись в скудном ночном освещении без остатка. Сам же древний ифрит как ни в чём не бывало продолжил свои расчёты.
— Доброй ночи, уважаемый граф. Благодарю вас, и всю вашу семью за помощь следствию! — попрощавшись с хозяином кабинета, советник Фрост Размет собрал свои вещи, упаковал записывающую жемчужину в футляр, после чего покинул наконец главное здание особняка в сопровождении лакея.
— Зар-раза! Бесит! — сломав в руках свою ручку с золотистым пером, Граф Альфред Кёнинг с силой впечатал её в столешницу, продолжая гневно топорщить усы. Только сейчас он позволил своим эмоциям взять верх, тотчас начав успокаиваться.
Вот уже шестой день их мучила контрразведка, заручившись поддержкой канцелярии и лично императора! У них на руках были такие бумаги в сопровождении оперативной группы, что Альфред теперь лишний раз просто дёргаться боялся, предпочитая честно сотрудничать со следствием.
Каким-то неведомым образом его непутёвый сын, изгнанный из рода уже несколько месяцев как, засветился в деле о взрыве острова инквизиторов. Уж каким именно образом, Альфред и сам не знал, да и о самой причастности ему едва-едва намекнули, сославшись на секретность материалов расследования. Но сам факт! Этот алкаш! Развратник! Обалдуй и трус! Взорвал самый охраняемый в стране остров…? Шутка была бы смешной, не таскай всю их семью по допросам уже который день.
Он хоть и послал официальный протест, но надежд было мало. Ведь император был в курсе происходящего изначально, как и всё дворянское общество. А значит этот вопрос был согласован заранее.
Советник Фрост и его бойцы жили в гостевом особняке, работая с утра и до самой ночи. Они старались узнать о Вальтере буквально всё от момента рождения, попутно лишь сильнее увязая в делах рода. Опрашивали слуг, дворовых крестьян, родственников и даже старейшину рода, чему его отец был очень недоволен. Каким-то неведомым образом этим людям удавалось задавать самые каверзные вопросы из всех возможных! Отчего ответы на такие вопросы порождали только ещё больше новых вопросов и предположений. И ведь не выставишь их за порог! Могут и в измене императору обвинить!
— Альфред, долго это будет ещё продолжаться?! — в гневе влетел в кабинет главы рода его младший брат. — Какого демона моих детей уже второй день мучают дознаватели императора?!
— Ты, брат, не шуми, — поднял на него усталый взгляд хозяин кабинета, — Мало ли кто твои крики услышит — вопросы начнут задавать новые. С чего вдруг Роберт Кёнинг так против присутствия представителей власти, не замышляет ли чего?
— Пф! Да я в жизни ничего не замышлял! Я даже за девками без всякого плана в юности ухлёстывал! И любил и ненавидел всегда от чистого сердца, — плюхнувшись в кресло, Роберт устало потёр вспотевший лоб. — Что происходит, Альфред? Не уж-то наши мелкие дела с соседями могли привлечь внимание самого императора? И при чём тут контрразведка? Я их спрашиваю, а мне какую-то чушь в уши льют про Вальтера и его якобы важную историю. Всех кругом терзают за что мы его изгнали и при каких обстоятельствах. Как будто они сами не знают!
— Знают… конечно знают. В дворянской палате не дураки сидят, да и канцелярия императора — не синекура какая. А значит что?
— Что? — переспросил Роберт, уставившись в глаза старшего брата. Он не был дураком, но и никогда не пытался лезть впереди всех, предпочитая жить спокойно, в своё удовольствие. Можно сказать, был совершенно аполитичен.
— Вальтер — это только повод. А вот в чём их настоящая цель, я пока так и не понял. Ясно одно — нас в чём-то подозревают, либо хотят в чём-то обвинить, подставив!
— Хм… Может быть дело в горном хребте? За ним же Империя Зен.
— И что? Империя Зен существовала по ту сторону гор задолго до основания Сальдиса, а пришли к нам только сейчас. В чём причина? Что они ищут? В чём подозревают? — откинувшись на высокую спинку обитого бархатом трона-кресла, Альфред Кёнинг прикрыл глаза, тяжко вздохнув. Ему было неприятно общаться с государственными ищейками, не понимая сути дела, отчего все силы к исходу дня просто куда-то испарялись. Он ведь принципиально не вёл никаких дел с контрабандой или наркотиками! Чугун, железо, медь, пшеница да дерево — вот их основные статьи дохода. Всё графство более-менее жило по законам империи. Так почему?
Вдруг его сердце словно сжали тиски! В животе похолодело, а в глазах встала непроглядная тьма! Даже подняв веки он не сразу разглядел своего младшего брата, пытаясь проморгаться.
— Что… — голос его дрогнул, свалившись в сип, — Что это было?