Читаем Вторая капля полностью

– Привет, Ридчард. О, Зак, ты тоже здесь?

– Да, Мистер Миони, но я уже ухожу.

Молодой парень вскочил в кресла и поспешил уйти.

– Это не обязательно, и мы на ты.

Но тот уже скрылся в коридоре.

– Вот, эскизы, как ты и просил.

Коил протянул Ридчарду флешку, которую только что достал из кармана.

– А что со стихами?

– Пока выбираем, вариантов много, осталось только утвердить.

– Опрос или так, по– старинке?

– У всех и так слишком много забот. Эта агитация, все ведь не просто так готовиться, зачем нам так много людей.

– И то верно, говорят, это только слухи, но сам понимаешь… Так вот, говорят, что скоро общий сбор будут делать.

–Посмотрим, посмотрим. Ладно, мне еще к Кетрин надо зайти.

– Да, конечно. Передавай ей привет.

– Лучше сам зайди, а то в одном здании работаете, а видитесь раз в год.– усмехнулся Коил, облакачиваясь о стену.

– Работа, работа, работа. И еще немного работы. Ладно, пока, что ли.

– Да, пока.

Коил помахал рукой и, оттолкнувшись от стены, пошатнулся, сохраняя равновесие. Став крепче, он еще раз повторил жест рукой и скрылся за дверью. Неловко это все как-то.

« Лестница, лестница, лестница. Либо ступенек слишком много, либо пора заняться спортом» – рассуждал парень, перебирая ногами.

– Запыхался весь, – усмехнулась Кетрин.

– Я значит сюда шел, из последних сил добирался, а ты… Эх, молодежь.

Коил демонстративно вздохнул, положа руку на сердце.

– Да, не то что Вы, в свои то 25, жизни навидались.

– Попрошу заметить 24. Я еще не на столько стар.

Парень плюхнулся в ярко– красное кресло– мешок. Эти предметы мебели в этом здании были всегда неподалеку от творчества. Может, кто-то думал, что они притягивают вдохновение, но они притягивают только лень.

Кетрин прокатилась на стуле, оттолкнувшись от столешницы свободной рукой, и остановилась, точнее, врезалась в желтый пуфик.

– Я тут сделала несколько зарисовок. Просто, прямо, понятно, все как заказывали.

Девушка посмотрела на Коила, они помолчали мгновение, в ожидании чего-то.

– Ну…– протянул парень.

Кетрин вздрогнула, будто внезапно проснувшись.

– Да, прости.

Тонкие руки стали быстро переворачивать листки блокнота. Телефон завибрировал…

– О, это Стен. Привет.

– Привет. Не сильно отвлекаю?

– Нет, все в порядке.

– Хорошо, я просто хотел сказать, что меня не будет сегодня на собрании.

– Чего так?

– Потом расскажу. Если что важное, передашь? Хорошо.

– Да, без проблем.

– Ну все, пока.

Стен положил телефон на стол, он только что освободил себе вечер.


Глава 4

Как же быстро она ускользнула, эта незнакомка. Точнее, уже знакомая. Но, должок за ней еще был. А значит парень уже выбирал, что надеть на внезапно возникшие планы на вечер.

« Это же свидание,да? Значит что-то стильное. Но не слишком официальное,– накидывал варианты мозг. – А может это и не свидание. Она же из благодарности со мной идет. Вдруг я ей вообще не понравился. Тогда можно не заморачиваться. Хотя нет, нужно надеть что-то супер классное, чтобы она прямо влюбилась в меня…»

Какой-то бесконечный поток однообразных рассуждений метался вокруг образа девушки. Что сказать, как улыбнуться. Не обошлось и без повторения одного и того же идеального диалога, где она, конечно же, сражена великолепием и совершенством парня. Все это естественное безумие Стен периодически пытался отгонять, но, спустя мгновение, оно вновьглавенствовало над всеми его тараканами.

“ Я что, влюбился?” – вдруг возникла едкая мысль в голове. Парень попытался выбросить ее, она казалась ему слишком бредовой. Это был совершенный абсурд.

Вечер, мигающие огни витрин. Город уже украсили разноцветными гирляндами. Осень еще не думала заканчиваться, только отгремел Хеллоуин, но все уже было готово к Новому году . Солнце привычно рано скрылось за горизонт, давая возможность всему вокруг сиять в полную силу. Люди бежали все куда-то, сталкиваясь друг с другом, смешиваясь в череду толпы и исчезая в потоке города. Тут и там сигналили машины, неспособные проехать. Запах их едкого дыма смешивался с ароматами, исходившими из ларьков с хотдогами и жареными каштами, чей сладковатый привкус отдавался на языке при каждом вдохе.

Стен никуда не спешил, в этом безумии он мог легко отбросить все мысли и в полной мере насладиться безосновательным счастьем, исходившими, как ему казалось, отовсюду . Он замер, словив дымок, тянувшийся от жареного лакомства. Поток, ход которого притормозил Стен, вскоре стал обходить его. Лишь изредка самые нетерпеливые и не внимательные люди врезались в него. Кто-то улыбался, а кто-то молчал. Может, его и оскорбили даже, но, если бы так случилось, парень бы этого не заметил.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Женский хор
Женский хор

«Какое мне дело до женщин и их несчастий? Я создана для того, чтобы рассекать, извлекать, отрезать, зашивать. Чтобы лечить настоящие болезни, а не держать кого-то за руку» — с такой установкой прибывает в «женское» Отделение 77 интерн Джинн Этвуд. Она была лучшей студенткой на курсе и планировала занять должность хирурга в престижной больнице, но… Для начала ей придется пройти полугодовую стажировку в отделении Франца Кармы.Этот доктор руководствуется принципом «Врач — тот, кого пациент берет за руку», и высокомерие нового интерна его не слишком впечатляет. Они заключают договор: Джинн должна продержаться в «женском» отделении неделю. Неделю она будет следовать за ним как тень, чтобы научиться слушать и уважать своих пациентов. А на восьмой день примет решение — продолжать стажировку или переводиться в другую больницу.

Мартин Винклер

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее