Читаем Вторая поправка. Культ оружия в США полностью

Вторая поправка. Культ оружия в США

В начале двадцать первого века Соединённые Штаты охватила волна немотивированного и политического насилия: акты массовой стрельбы в школах и университетах, массовые убийства, «внутренний терроризм». Как связаны скулшутинги и неофашистская идеология alt-right? Как молодёжная безработица и политика неолиберализма создали почву для ненависти и вражды? И как массовые убийства и «терроризм нового типа» стали частью «новой нормальности» в Соединённых Штатах.

Марат Владиславович Нигматулин , Эвелина С. Катайцева

Публицистика18+

Эвелина Катайцева, Марат Нигматулин

Культ оружия

Как скулшутинги и терроризм стали новой нормой в США?

Введение

В настоящее время Америка общепризнанно является самой милитаризированной развитой страной мира. По количеству и процентной доле рядовых граждан, имеющих на руках простое или даже автоматическое огнестрельное оружие [1][1], Соединённые Штаты находятся на первом месте среди всех стран ОЭСР, далеко обходя по этому показателю других финалистов списка: Швейцарию, Голландию и Республику Ирландию [2].

При этом отличительной чертой Соединённых Штатов на фоне всех названных здесь стран является не только широчайшее распространения гражданского оружия и весьма либеральное на большей части территории страны законодательство, регулирующее его обращение, — но также и наличие в огромных слоях общества того, что сами американцы называют не иначе, нежели gun culture — «культура пистолета» [3].

В отличии от других развитых обществ современного Запада, в Соединённых Штатах сохраняется массовый запрос на владение и, что особенно важно, применение огнестрельного оружия гражданским населением.

Если в большинстве европейских стран на протяжении всего послевоенного времени шла непрерывная демилитаризация общества, выражавшаяся с одной стороны в падении интереса населения к оружию, с другой же — в ужесточении оружейного законодательства со стороны государства [4], то в Соединённых Штатах в это же время шли процессы куда более сложные и противоречивые.

Так, уровень уличного насилия в Соединённых Штатах в начале века падал. Затем, в годы Депрессии, рос. Потом, во время войны, опять падал. Потом, в пятидесятые, рос, но незначительно. В шестидесятые годы он опять падал. В семидесятые и восьмидесятые — рос. В девяностые он снова падал, а в нулевые опять рос. При этом наибольшего пика уровень уличного насилия достигал на рубеже семидесятых и восьмидесятых годов. На высоком уровне он сохранялся все восьмидесятые годы. Сейчас его уровень сильно выше, чем в пятидесятые и шестидесятые.

С убийствами и насильственными преступлениями мы видим нечто подобное: их уровень рос в годы Депрессии, затем падал, а потом опять рос в семидесятые и восьмидесятые. В настоящее время в Америке убивают, грабят и насилуют чаще, чем в 1890-е годы.

Иначе обстояло с оружием. С одной стороны, на протяжении всего двадцатого и начала двадцать первого века относительно применения оружия в Америке сохранялась единая тенденция: американцы с каждым годом всё реже и реже пускали в ход огнестрельное оружие. И тем не менее касательно владения этим самым оружием мы наблюдаем прямо противоположную тенденцию: начиная с 1910-х годов, американцы с каждым годом приобретали всё больше и больше оружия [5]. В настоящее время на руках у американцев как в абсолютных, так и в относительных величинах на руках находится больше оружия, чем во времена Дикого Запада [6].

Итак, мы видим, что в американском обществе в целом за двадцатый век произошло значительное падения уровня открытого насилия. Иными словами, средний американец нашего времени реже участвует в драках и других силовых конфликтах, нежели его предок в начале прошлого века. В то же время уровень насильственных преступлений в обществе вырос. При этом частота использования оружия в целом упала в разы. Одновременно с этим количество закупаемого и не используемого по назначению оружию выросло многократно [7].

В целом всё это говорит о том, что американское общество за двадцатый век не стало в полном смысле менее агрессивным. Постепенное усиление полицейского контроля несколько сократило уровень открытой активной агрессии в обществе. Теперь эта агрессия всё чаще приобретает пассивный характер, лишь иногда прорываясь наружу. В особенности распространение этой пассивной агрессии можно видеть на примере расцвета Милицейского движения и упомянутой выше gun culture [8].

Глава первая

Исторические предпосылки формирования gun culture в Соединённых Штатах

Где следует искать истоки той традиции, которая и привела США к достаточно распространенному ношению оружия в стране? Возможно, следует начать с восприятия индейцев, жителей исконной территории. Предки будущих современных американцев очень сильно ощущали себя пришедшими, захватчиками, и укоренилось восприятие, что эту территорию могут у них отбить все, в том числе и предыдущие хозяева — индейцы.

Следует также правильно представлять, как выглядела жизнь в североамериканских колониях того времени.

К моменту достижения независимости в тринадцати штатах проживало всего около пяти миллионов человек. Значительная их часть обитала в северо-восточной части страны на морском побережье, — в районе Нью-Йорка и Бостона. Остальное население с относительной регулярностью растекалось по лесистым просторам Новой Англии [9].

Перейти на страницу:

Все книги серии Документальный триллер

Цивилизация Потопа и мировая гибридная война
Цивилизация Потопа и мировая гибридная война

В книге известного философа и публициста Виталия Аверьянова, одного из создателей Изборского клуба, Русской доктрины и продолжающих ее десятков коллективных трудов представлены работы последних лет. В первую очередь, это вышедший весной 2020 года, во время «карантинной диктатуры», цикл статей и интервью. Автор дает жесткую и нелицеприятную оценку и тем, кто запустил процессы скрытой глобальной «гибридной войны», и тем, кто пошел на их поводу и стал играть по их правилам. Прогнозы по перспективам этой гибридной войны, которую транснационалы развязали против большинства человечества — неутешительные.В книге публицистика переплетается с глубоким философским анализом, в частности, в таких работах как «Обнулители вечности», «Интернет и суверенитет», масштабном очерке о музыкальной контркультуре на материале песен Б. Гребенщикова, за который автор получил премию журнала «Наш современник» за 2019 год. Также в сборнике представлена программная работа «Невидимая ось мира» — философское обоснование идеологии Русской мечты.

Виталий Владимирович Аверьянов

Публицистика
Горби. Крах советской империи
Горби. Крах советской империи

Двое из авторов этой книги работали в Советском Союзе в период горбачевской «перестройки»: Родрик Брейтвейт был послом Великобритании в СССР, Джек Мэтлок – послом США. Они хорошо знали Михаила Горбачева, много раз встречались с ним, а кроме того, знали его соратников и врагов.Третий из авторов, Строуб Тэлботт, был советником и заместителем Государственного секретаря США, имел влияние на внешнюю политику Соединенных Штатов, в том числе в отношении СССР.В своих воспоминаниях они пишут о том, как Горбачев проводил «перестройку», о его переговорах и секретных договоренностях с Р. Рейганом и Дж. Бушем, с М. Тэтчер. Помимо этого, подробно рассказывается о таких видных фигурах эпохи перестройки, как Б. Ельцин, А. Яковлев, Э. Шеварднадзе, Ю. Афанасьев; о В. Крючкове, Д. Язове, Е. Лигачеве; о ГКЧП и его провале; о «демократической революции» и развале СССР.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джек Мэтлок , Джек Ф. Мэтлок , Родрик Брейтвейт , Строуб Тэлботт

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Документальное
Краткая история ядов и отравлений
Краткая история ядов и отравлений

«Я даю вам горькие пилюли в сладкой оболочке. Сами пилюли безвредны, весь яд — в их сладости». (С. Ежи Лец) Одними и теми же составами можно производить алкоголь, удобрения, лекарства, а при благоприятном направлении ветра — уничтожить целую армию на поле боя. Достаточно капли в бокале вина, чтобы поменять правящую династию и изменить ход истории. Они дешевы и могут быть получены буквально из зубной пасты. С ними нужно считаться. Историческая карьера ядов начиналась со стрел, отравленных слизью лягушек, и пришла к секретным военным веществам, одна капля которых способна погубить целый город. Это уже не романтические яды Шекспира. Возможности современных ядов способны поразить воображение самых смелых фантастов прошлого века. Предлагаемая книга познакомит вас с подробностями самых громких и резонансных отравлений века, переломивших ход всей истории, вы узнаете шокирующие подробности дела А. Литвиненко, Б. Березовского и нашумевшего дела С. и Ю. Скрипалей.

Борис Вадимович Соколов

Военное дело

Похожие книги

100 знаменитых загадок природы
100 знаменитых загадок природы

Казалось бы, наука достигла такого уровня развития, что может дать ответ на любой вопрос, и все то, что на протяжении веков мучило умы людей, сегодня кажется таким простым и понятным. И все же… Никакие ученые не смогут ответить, откуда и почему возникает феномен полтергейста, как появились странные рисунки в пустыне Наска, почему идут цветные дожди, что заставляет китов выбрасываться на берег, а миллионы леммингов мигрировать за тысячи километров… Можно строить предположения, выдвигать гипотезы, но однозначно ответить, почему это происходит, нельзя.В этой книге рассказывается о ста совершенно удивительных явлениях растительного, животного и подводного мира, о геологических и климатических загадках, о чудесах исцеления и космических катаклизмах, о необычных существах и чудовищах, призраках Северной Америки, тайнах сновидений и Бермудского треугольника, словом, о том, что вызывает изумление и не может быть объяснено с точки зрения науки.Похоже, несмотря на технический прогресс, человечество еще долго будет удивляться, ведь в мире так много непонятного.

Владимир Владимирович Сядро , Оксана Юрьевна Очкурова , Татьяна Васильевна Иовлева

Приключения / Публицистика / Природа и животные / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Андрей Раев , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Сергей Кремлёв , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Юрий Нерсесов

Документальное / Публицистика