— Замечательное предложение, — говорю вслух. — Но для начала могу предложить лично тебе кусок земли размером с могилу.
— Меня не так просто убить, — сказал он, зло скалясь.
— Ваш лэрд тоже думал так, — спокойно-равнодушно отвечаю. — Если помнишь, в первый раз я его тяжело ранил издалека.
Собственно, у меня с собой Танина винтовка, но разницу объяснять не нанимался.
Пусть боится.
— Вряд ли твоя защита не меньше альбиносовой. Если не договоримся, начну с тебя.
— Хм, есть и другое предложение, помимо истребления?
— Вы сдаетесь и складываете оружие, — повышая голос для молчаливых всадников у него за спиной, говорю. — Выкупа не потребую, хотя за кормежку до весны придется заплатить. Либо серебром и золотом, либо работой. Мне надо восстанавливать укрепления и ломать камень для новых. Воинской чести это не противоречит. Кто не хочет, можете оставаться здесь. — Хили сзади дернулся в негодовании и был проигнорирован. Не надо было отсиживаться в углу, тогда и отнесся бы к нуждам его поместья иначе. — Но если обидите кого-то из вассалов, пощады не будет.
Это не для сомнительного друга шира. Для лучшего понимания. Знаю, что бывает, когда здоровые парни от скуки бесятся. И Хили в курсе. Тронут местную девку, а потом начнется новый кровавый круг. Пусть лучше сидят в лесу пейзане. Им же спокойнее.
Держать постоянный отряд здесь неразумно. Мало — одними ножами покромсают в случае конфликта. Много — остаться без гарнизона. Пусть отдуваются за прежнее нейтральное поведение. За все нужно платить так или иначе.
— Впрочем, — сделав паузу, — желающие могут поступить ко мне на службу.
Проверю умения и стану платить, как остальным, если чего-нибудь стоят. Вы же профессионалы. — И обвел взглядом остальных. — Господина больше нет. Год службы, затем вольны уйти.
Сознательно приехал с сопровождением, прекрасно зная, тан Кесан — имя заранее выяснил у Хили, знающего все, — приведет столько же. Говори с глазу на глаз, по возвращении мог бы не сообщить остальным о каких-то словах или передать их себе на пользу. А свидетели не промолчат. Он это тоже знает, но поступить иначе не мог.
Приехать одному — признать себя нижестоящим.
156
— Я сказал. Вы услышали. Завтра в это же время с ответом сюда.
Толкаю ногами жеребца и разворачиваю, сознательно тесня при этом отступающего невольно коня тана. Поведение хулигана, но надо поставить того на место согласно правильной иерархии. И он отступает, давая уверенность. Я выиграл! Без единого выстрела и покойника получу людей и тишину! Да здравствует дипломатия!
— Я не понимаю, — сказала Таня жалобно. — Ты это всерьез?
Она считает, что Гвин дала основное и можно уходить. По крайней мере, на каникулы.
Определенную базу получила, и требуется показать достижения дома.
— Наверное, я достоин порицания, как плохой патриот, но меня устраивает эта жизнь.
И дело не в беременности Лорис, хотя она тоже играет роль. Ну не было у меня умысла, подозреваемого каждым первым. Типа родная кровь прежнего ярла и наш ребенок станет править не по праву захватчика, а как потомок рода альбиносов. Просто мы оба одиночки в мире, где каждый — приложение к определенному сословному кругу.
Подозреваю, пожалела. А дальше уже само вышло.
— Вот это дикое зверье, постоянно грабящее всех подряд, устраивает? Раньше ты другое говорил!
Прежде опасался, что понесет на Землю неприятную магию. К счастью, кое-что поняла и в газетах интервью давать не собирается. А проверка, как там, при огромном количестве железа, колдовать требуется. Может, кроме лечения в специальном помещении —
сплошной пшик.
— Ох, девочка, — говорю серьезно, — можно подумать, что там жизнь чем-то отличается. Меня на Земле прожевали за собственное мнение и выпилили из очень крутой организации. Причем за мнение, совпадающее с общеупотребительной моралью. Однако государственные интересы выше выполнения закона и просто элементарной порядочности. А затем пришел, извини, твой папа и предложил сунуть голову в пасть льву с неизвестным результатом ради его не желающей выполнить простейшее обещание дочки. Иначе небо в клеточку, а моим друзьям огромные неприятности. Тут, конечно, зверье, но оно и не скрывает своей сущности. А там говорят красивые слова и изображают заботу о народе, а на деле такие же гниды. Рвут друг друга на куски и жертвуют богу из украденного. Ты думаешь, мне деньги нужны? Уже имеющегося хватит на всю жизнь. И
что дальше? Носить ордена, купить виллу в Италии и пить до беспамятства?
Помолчал, пытаясь подобрать правильные слова. Мы прожили здесь больше года, и она хочет вернуться. Если не насовсем, то хотя бы на время. Глупо было бы держать. И не менее — бросить все. Есть куча планов, и идут желающие селиться под моей рукой толпами. Стены восстановлены, однако далеко не конец. Нужен дополнительный набор в дружину, а также скотина для переселенцев и зерно. Взять необходимое можно либо с боя, а я сейчас всячески показываю соседям миролюбие. Не тронь — и сам не нападу.