– Если я этому не помешаю, – забывшись, закончила она вслух.
Девон покосился на жену.
– Ты что-то сказала?
Она улыбнулась. Да, грехов у него немало – однако он, по крайней мере, выглядит чертовски привлекательно. Кашлянув, Девон поправил безупречный галстук.
– Может, тебе тоже стоит одеться, прежде чем спуститься к ним.
– Великолепная идея! – сухо заметила Джоселин. Он подошел к кровати – в глазах его прыгали чертики.
– Но если хорошенько подумать, может, и не стоит. – Он принялся поспешно расстегивать жилет.
Джоселин смущенно рассмеялась. – И что ты скажешь брату? Глаза Девона блеснули.
– Что-то мне подсказывает, что Грейсон все поймет. Бог свидетель, он мог бы написать учебник по искусству соблазнять женщин.
Джоселин юркнула под простыню.
– А он не обидится, если мы не спустимся?
– Нет, если мы пообещаем назвать нашего первенца в его честь, – швырнув сюртук в угол, весело объявил Девон.
– А если будет девочка?
– Тогда назовем ее в честь Эммы.
– А вот Эмма точно не поймет нас. – Джоселин замялась. Круглыми глазами она смотрела на Девона, поспешно стаскивающего с себя панталоны. – Эмма… – заикаясь, промямлила она с некоторым трудом, внезапно позабыв, что хотела сказать, – Эмма наверняка сочтет наше поведение неприличным. Согласно этикету, которому она привыкла следовать, мы ведем себя просто скандально!
Девон, присев на край постели, нагнулся, чтобы поцеловать ее.
– Ты так считаешь? Тогда, может, напишем свой собственный учебник по этикету?
– Желаешь попробовать себя на литературном поприще? Интересная мысль – но писать о таких вещах лежа, в чем мать родила…
– Джоселин, – он прижался лбом к ее лбу, – помолчи хоть минутку, хорошо? Кажется, на меня снизошло вдохновение. По-моему, я знаю, какая будет первая строчка.
– «Я люблю тебя», – серьезно сказал он. – Прекрасное начало, правда?
Джоселин прижалась к нему. Ему не нужно было говорить ей о любви – она и так это знала, – но как же приятно было услышать!
– Ну, с таким вступлением можно не сомневаться, каким будет конец, – нежно проговорила она.
– И каким же?
– «Я тоже люблю тебя».
Он опрокинул ее на постель.
– Ну, раз начало и конец, придумали, значит, осталось написать только середину. И что-то мне подсказывает, что нам не придется долго ждать вдохновения.