Хм. Вспомнился сразу мой брак. Да, отношения на ранних стадиях куда интереснее. Когда разводилась, я была твердо уверена, что больше никогда и ни с кем себя никакими обязательствами из мужчин не свяжу, только свободные легкие отношения. Но из уст Тривэ слово «семья» прозвучало коварно-соблазнительно.
Мой авторитет в глазах местных дам вдруг заметно возрос. Ко мне стали больше прислушиваться, интересоваться мнением и задавать вопросы. Не уверена, что оно мне надо, но все равно отчего-то приятно. Все оставшееся до отъезда время шеф не стеснялся демонстрировать свою заботу и привязанность в качестве «мужа». Очень сладкий фарс, в который так хочется поверить, но я точно знаю, что у меня нет ни сына, ни мужа.
Когда ехали в машине обратно домой, меня настигла отдача. Захотелось плакать, но эмоции тщательно сдерживаю и, чтобы ни слезинки не пролилось, дышу через раз. Матвей вдруг протянул мне руку, и я схватилась за нее, как за спасательный круг. Всю оставшуюся дорогу мы так и ехали с мальчиком, взявшись за руки. Вот и как тут заставить свое сердце не раскрываться?
По возвращении домой шеф смотрел на меня очень многообещающе и явно очень ждал ночи, потому, когда у меня вдруг начались те самые особые женские дни, несказанно обрадовалась данному факту. Вечером, после того как Матвей уснул, босс сам пришел ко мне в комнату.
– Так, и чего ты здесь? – поинтересовался Владимир.
– Потому что здесь. Была и буду.
– Бунт?
– Констатация факта.
– Придется опять к себе насильно тащить?
– А зачем?
– Потому что ты спишь теперь у меня.
– Я не могу там спать. И вообще ничего там не могу, у меня особые дни.
– Маш, если ты не убавишь радостный тон из своего голоса, я докажу тебе, что все ты можешь в эти дни.
Улыбка моя увяла.
– Я никуда не пойду.
– Пойдешь.
– Ну зачем?
– Сказки мне будешь рассказывать.
– Какие сказки?
– Разберемся.
– Владимир Витальевич, давайте будем говорить серьезно.
– Конечно, поговорим. В моей постели. – И шеф решительно шагнул ко мне.
Спустя четверть часа лежу в постели довольного Василиска, придавленная тяжелым мужским телом. Недоумеваю. Как я, свободная, независимая и вроде бы умная женщина, умудрилась вот так попасть? Да я с шефом даже не флиртовала. Нет, ну были, конечно, забавные ситуации с той же плеткой, но никакого подтекста не было. Так что… нет выводов. Я в шоке.
– Маш.
– Да, Вов? – из вредности так босса называю.
– Ты зачем опять эту серую пижаму надела? Она тебе не идет. Мне больше нравятся те тематические, со зверятами. Или ты специально? Чтобы я тебя снова раздел?
Хмыкнула. Все же босс у меня классный.
– Я завтра другую надену, – пообещала.
– Хорошо. Тогда спи. Завтра будет долгий насыщенный день.
– Почему?
– Коуч еще ходит в специальную собачью школу, его сам Матвей водит, там их учат правильно взаимодействовать. Довольно интересно со стороны понаблюдать. Сначала туда, но это недолго. Ты ведь говорила, что надо Матвея в планетарий отвезти? Вот еще и туда съездим, а попутно еще в несколько интересных мест.
Крепко зажмурилась и пытаюсь делать вид, что сплю, а то еще сказки заставят рассказывать, а из меня та еще сказочница. Очень трудно заснуть, когда тебе жарко дышат в ухо, при этом легонько его покусывая. И ведь в этот раз на Василиске нет даже брюк, только нижнее белье, да и руки мужчины спокойно на одном месте не лежат, то и дело поглаживают, прощупывают и пытаются пробраться туда, куда не следует.
– Владимир Витальевич, я так не усну.
– Я в любом случае не усну.
Да… Мы с шефом все же уснули, но далеко не сразу. Начальник вел себя почти пристойно, но умудрился довести меня до такого состояния, что я сама к нему чуть приставать и домогаться не начала. По-моему, я влипла.
Воскресенье прошло чудесно. Понравилось и на занятии, где очень серьезный и ответственный Матвей по указкам тренера обучал своего непоседливого щенка различным командам. Понравился планетарий, понравилось небольшое уютное кафе, в котором мы обедали, понравился парк с его морозным свежим воздухом, даже серое свинцовое небо над головой, и то показалось мне каким-то особенно очаровательным. Невероятно тронула ситуация, когда Владимир и Матвей ушли к уличным палаткам за горячим чаем и сладостями, а когда вернулись, Тиран нес в руках напитки, а Матвей большой букет цветов и воздушный шар в виде машинки. Шар мальчик оставил себе, а вот букет со всей своей детской важностью молча вручил мне.
Этой ночью сценарий моей ночевки с боссом почти повторился. Шеф опять меня насильно перетащил из моей комнаты в свою, только в этот раз на мне была пижама со свинками, а ласки Василиска еще смелее.
Когда наступило утро понедельника, я в который раз поймала себя на мысли, что выходные мне нравятся куда больше, чем работа. В этот раз мы с начальником появились на работе к восьми, поскольку нынешняя няня может приходить к Матвею раньше.