Она промолчала, продолжая прижиматься к его спине. Ах, если бы дорога до его сторожки не кончалась! Ехать бы так и ехать! Но снегоход круто свернул влево и затормозил у ворот лесного домика.
Сняв её с сиденья, Георгий улыбнулся. У неё перехватило дыхание - его чувственная, почти порочная улыбка, и такое родное влекущее тепло опьяняли. Маша вдруг поняла, что сейчас они не будут ни о чём говорить. Она не хотела никаких разговоров! Потому что неодолимо желала раствориться в нём. Как же прекрасен он был! Блестящие снежинки таяли на тёмных волосах с тронутыми лёгкой сединой висками. Жадный взгляд, буквально пожиравший её, губы, исказившиеся в чувственной усмешке, и весь он такой большой и надёжный, уверенно сжимавший её руку, казался ей ожившим древним славянским божеством, сошедшим с какого-то эпического полотна.
Георгий окинул её жарким взглядом и молча повёл в дом. Но едва закрыв двери, притянул девушку к себе и прижался губами к её губам. И сразу горячая волна омыла тело с головы до кончиков пальцев на ногах. Маша, словно захваченная мощным водоворотом, не устояла и была вынуждена повиснуть на его руках. Низкий рычащий стон вырвался из его груди. На неё этот звук оказал странное воздействие, она как будто отключилась на миг. Пальцы сами собой вцепились в его волосы, потянув за резинку, удерживающую их, распустили хвост, и как только волосы мягким потоком упали ему на плечи, её пальцы утонули в них. Она вздохнула, чуть запрокидывая голову, отдалась его новому поцелую, более настойчивому и страстному. Но уже через мгновение, сжимая её в объятиях, Георгий оторвался от её губ и стал осыпать поцелуями Машино лицо. А потом, рванув молнию пуховика и отшвырнув шарф, освободил её шею и принялся целовать там, где билась тонкая жилка.
- Ты сводишь меня с ума, Ладушка, - выдохнул хрипло и сразу оттолкнул её от себя. – Погоди, я зажгу свет, - шагнул к столу, на котором стояла керосиновая лампа.
- Я думала, ты видишь в темноте, - Маша усмехнулась, прикусывая губу.
Почему-то ей хотелось подразнить его.
- Да, я отлично вижу в темноте, но я хочу, чтобы и ты видела меня.
Его голос звучал хрипло и это сжимало в Маше какую-то пружинку, она ощущала мурашки в кончиках пальцев ног, и у неё кружилась голова, будто земля куда-то уплывала. Он шагнул к девушке, оторвал её от пола, и она, обвив ногами его талию и обняв за шею, повисла на нём. Развернувшись, он усадил её на стол. В каком-то безумном нетерпении они принялись срывать друг с друга одежду.
Её руки замерли, потянувшись к его ремню – нет, самой сорвать с него джинсы всё ещё было слишком. Маша поняла, что лучше умрёт, сгорая от желания, чем сделает этот последний шаг. Она почувствовала, как её щёки запылали от смущения.
- Позволь, у меня быстрее получится, - с усмешкой он отвёл её руки и сразу рванул ремень, джинсы вместе с боксерами соскользнули с его бёдер.
У неё перехватило дыхание и пересохло во рту – она не ожидала, что способна производить в нём такие метаморфозы, и сейчас просто оторопело уставилась на то, что ещё минуту назад скрывалось в брюках. Георгий, видя её смущение, ухмыльнулся, выгибая брови, чуть отклонился назад, демонстративно качнув деталью своего тела, столь смутившей Машу.
- Ну же, Ладушка, иди ко мне, - его руки опустились ей на плечи, и он притянул Машу к своей груди.
Она задрожала, когда соски соприкоснулись с его телом. Георгий поцеловал её в макушку. Она и представить не могла, что способна буквально растаять от нежности, от его нежности, окутавшей её с ног до головы. И сейчас это прорастало куда-то в самую глубь её существа, растекалось горячими ручейками. Руки его непрестанно скользили по её обнажённому телу, то опускаясь ниже талии, то поднимаясь до лица. Вздохнув, Маша закрыла глаза, горячая кровь шумела где-то в висках, разум отключился. Девушка вся сосредоточилась на желании. С ним и не бывало иначе. С ним она забывалась от мира, обретала себя. Потребность отдаться ему и принять его была столь настоятельной, тело почти с болезненным нетерпением, испытывая сладкую дрожь, ожидало логического завершения ласк.
Маша проснулась от вкусного запаха. Минуты две лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь запахом, тихим бормотанием Георгия, что-то напевавшего себе под нос, и мягким уютом постели. Потом, открыв глаза, увидела Георгия, стоявшего у печки и что-то мешавшего в сковороде. Аромат жареного сала показался ей весьма привлекательным.
- И над чем таким вкусным ты колдуешь? – спросила она, потягиваясь и откидывая одеяло.
- Я подумал, что омлет с салом будет хорошим началом дня, - отозвался он и, повернув голову, с улыбкой подмигнул ей.
- Да, с удовольствием! Я почему-то ужасно голодна.
Натянув его свитер на голое тело, она на цыпочках подбежала к нему и обняла сзади за талию, прижимаясь лицом к его спине.
- Мнн, ужасно хочу есть, - повторила и сама вдруг удивилась своим ощущениям.