Конечно, есть и исключения. Моя партнерша по британской картине «Романтичная англичанка» (1975) Гленда Джексон, очень одаренная актриса, не только ничуть не стеснялась постельных сцен, но и кажется, даже получала удовольствие от съемок в них. Даже когда мы не снимали постельные сцены, она ходила по съемочной площадке голой. Ей было совершенно все равно.
Пример оказался заразительным — наверное, это фильм на всех так повлиял, — и вскоре уже не только Гленда расхаживала голой просто так. В первое утро съемок еще одна актриса, совсем молоденькая, голой зашла ко мне в гримерку и попросила сигарету. Я был женат и очень испугался. Я просто дал ей сигарету и — на всякий случай — полотенце.
Я снимался в любовных сценах с величайшими актрисами и прославленными красавицами своей эпохи: Элизабет Тэйлор, Джейн Фондой, Джейн Эшер, Шелли Уинтерс, Глендой Джексон, Мэгги Смит. Я рад, что мне выпала такая возможность, но я никогда не путал личную жизнь с профессиональной. Я думаю об этих женщинах не как о красавицах, очутившихся со мной в одной постели, а как о блестящих актрисах, которые, как и я, просто выполняли свою работу. Если мне удалось сохранить профессионализм в подобных ситуациях и увидеть четкую грань между допустимым и недопустимым, если я сумел держать себя в руках, хотя мой офис на время превратился в спальню — значит, сможет любой. Это не так уж и сложно. И те, кто утверждает обратное, просто плохо стараются.
И все же лучшей любовной сценой в моей карьере стала сцена прощания Альфреда и Бэтмена в фильме «Темный рыцарь: Возрождение легенды». А главное — для нее мне даже не пришлось раздеваться.
Глава 14. Не оглядывайтесь (ну разве что иногда)
Дэниэл Дрэвот: Пичи, мне бесконечно жаль, что ты вынужден погибнуть из-за моего зазнайства, хотя мог бы вернуться домой богатым, как ты того заслуживаешь. Можешь ли ты простить меня за это?
Пичи Карнехан: Могу. Могу и прощаю. Полностью и безоговорочно, без какой-либо задней мысли.
Дэниэл Дравот: Тогда все в порядке.
Наверное, призыв не оглядываться звучит странно из уст человека, пишущего мемуары. Но до того момента, как я взялся за перо, моим жизненным принципом было «не оглядываться на свою маленькую жизнь», как сказал мой герой Элфи, и смотреть только вперед. И этот принцип сослужил мне хорошую службу. Размышлять о том, что позади, — пустая трата времени, ведь изменить все равно ничего нельзя. Что я люблю, так это планировать наперед. Меня хлебом не корми — дай распланировать свое будущее на много лет вперед: я читаю сценарии новых фильмов, сажаю новые деревья. И своим внукам твержу: «Не смотрите через плечо — споткнетесь».
Когда я снимаюсь в той или иной сцене, я абсолютно сосредоточен. Я не думаю о следующей сцене, не проигрываю ее в уме. Я полностью посвящаю себя тому, что должен делать в данный момент. А потом, когда сцена снята, считаю свою работу законченной.
Я никогда не беспокоюсь о том, как выглядел, хорошо ли сыграл. Если режиссер доволен, я перестаю думать об отснятой сцене и перехожу к следующей.
Это хороший подход, вот только иногда картину переозвучивают. Через несколько месяцев после съемок актера могут вызвать и попросить перезаписать ту или иную сцену. Например, если во время предыдущей записи залаяла собака или режиссер хочет, чтобы актер прочел строки с другой интонацией. К тому времени я обычно успеваю сняться в еще одном или даже двух фильмах, и мне стоит больших усилий вспомнить своего бывшего персонажа, его акцент и эмоции в данной сцене. По этой причине я предпочитаю, чтобы все было сделано с первого раза. Если с первого раза что-то не задалось, у режиссера часто возникает искушение оставить озвучивание на потом, но это почти всегда ошибка: актеру приходится прилагать больше усилий, а результат все равно чуть худшего качества.
Именно поэтому я стараюсь полностью сосредоточиться на сцене и с первого раза сыграть ее как надо. По тем же причинам я никогда не просматриваю рабочий отснятый материал. Зачем портить день сегодняшний, тревожась о вчерашнем? Не лучше ли сосредоточить все силы на хорошем исполнении сегодня и подготовке к завтрашнему дню?
Рабочий материал — это кадры, отснятые за день; раньше, в эпоху кинопленки, ее проявляли и несли режиссеру и другим членам съемочной бригады с целью убедиться, что нет никаких сюрпризов и все прошло как запланировано. Сейчас проявки нет, пленку никто не приносит, а все просто идут в небольшой трейлер на съемочной площадке и просматривают отснятый материал сразу после съемки.