- В том-то все и дело. Поэтому никто не жаждал вашей крови. Вам намеревались предложить крайне выгодный контракт... С местом жительства в одной из стран Европейского союза. Какую назовете. Условия такие, что вам и не снились... Так вот. Чтобы устроить вас в укромном местечке, нужен был человек артистической натуры, наподобие этих африканцев... ха-ха-ха... Как они нас кинули, красота!.. Да, так вот. А парни Нукера просто громилы. Разве они могли бы сыграть роль грека? Кстати, насчет Греции... Я действительно хочу съездить в Афины или Салоники... Советую и вам смываться из Африки куда подальше. Но лучше будет, если вы согласитесь на их предложение относительно местожительства в Европе.
-- Об этом не может быть и речи, - категорически отрезала миссис Винески. -- Чтобы мы перебрались в самый тыл врага?
- Когда начинается заварушка, безопасней места не найти, чем в тылу врага, - сострил Дадоб.
- До тех пор, пока враг не получил ответный удар, - сказал Новел.
- Вот именно из-за вас, мистер Винески, из-за вашей суетни и странных принципов, у вас и начались все эти неприятности. Делаю вам последнее предложение, либо вы соглашаетесь на эмиграцию в Европу, либо я сдаю вас в руки парням Нукера. Каков ваш ответ?
- Наш ответ таков, - сурово сказал мистер Винески. - Либо вы заткнетесь, либо пойдете пешком по саванне, в компании ваших друзей - шакалов и гиен.
Они ехали по раскаленной саванне, иногда им казалось, что они заблудились. Далекие лилово-палевые холмы, как бы висели в воздухе, а редкие деревья впереди наполовину были погружены в текучую призрачную реку мерцающего зноя. И вот из этой фата-морганы прямо по ходу машины стал вырисовываться чуждый природе саванны темный предмет абстрактного очертания. Некие штрихи и полусферы, все это плясало и корчилось в струях горячего воздуха, пока вдруг не сложилось в стоящий на земле вертолет с поникшими лопастями.
От вертолета отделился и направился к подъезжавшей машине человек в легкомысленном городском пиджачке и белой пижонской кепочке с козырьком, надвинутом на глаза. И в это же время из мрака кабины летательного аппарата вылезал здоровенный негр с какой-то ужасной железякой в руке.
Новел резко затормозил лендровер. "Как мне все это осточертело", - подумал он, с тоской вспоминая свое тихое рабочее место и одновременно с этим жалея о конфискованном оружии.
23
Лицо человека с шестидневной щетиной на щеках было мучительно знакомо и одновременно совершенно чуждым.
- Нет, нет, не говорите мне, я сам угадаю, - сказал человек, оглядывая охотников и, остановив взгляд на Новеле, ему первому протянул руку.
- Мистер Винески, я полагаю? Здравствуйте, рад видеть вас! Я - Малкус Петкус...
Ну конечно! Неузнаваемость лица объяснялась тем, что на экране супер-TV оно всегда представало в перевернутом виде. Тем приятнее было видеть знаменитого журналиста в нормальном ракурсе и прибывшего так вовремя.
-...О моей профессии можно, наверное, не говорить, сами знаете. Рад видеть вас, мадам. А это наш юный ас? Держи краба, малыш. Не вешай нос, все будет в порядке. Этого господина я не знаю... Однако, я за вами, друзья мои. Привез вам шикарную новость...
И небезызвестный журналист Малкус Петкус тут же её огласил.
Семья Винески может возвратиться домой ближайшим же рейсом, поскольку все проблемы решены. Преступники арестованы и ждут суда. Сам мэр-президент будет встречать героическое семейство, чья бдительность помогла разоблачить антиправительственный заговор, который возглавлял Небесный генерал Дуглас Браун.
Новел возблагодарил небо за то, что этот человек оказался внимательным и отзывчивым к, казалось бы, бредовому посланию, что говорило о его высоком профессионализме. Ведь наверняка он получает по всем видам связи кучи разного вздора от всяких паникеров, людей мнительных, хулиганов, наконец, просто сумасшедших. И чтобы отсеять зерна от шелухи, ему приходится много работать. Но за это и награда - любовь зрителей-слушателей-читателей. Благодарность Новела была тем большей, что в руках Малкуса были ниточки жизни и смерти семьи Винески. Парень мог оказаться продажным и по тем примерным координатам, которые получил в записке, мог пустить по следу собак-убийц...
- Идиотская ситуация, - сказал журналист уже без тени патетики. - Прилетел вас спасать, а получилось наоборот. Думал уже концы отдам в этом пекле. Вертолет сломался, пришлось идти на вынужденную. Только тогда я понял, на сколько был самонадеян, думая, что легко вас разыщу. Хозяин вашего отеля меня предупреждал, но я не внял... Да-а, разум с трудом воспринимает такие просторы! У меня разыгрался приступ агорафобии. А как вы себя чувствуете, леди? Вас не угнетает это бесконечное травянистое пространство?
- За последние сутки мы столько всего повидали и натерпелись, что я на это уже не обращаю внимания.
- Моя жена, - сказал Новел, - большая ваша поклонница.
- Я польщен, - журналист церемонно преклонил голову, чего нельзя было ожидать от этого грубовато-бойкого молодого человека.
- ...И давно мечтает пригласить вас в свой клуб Домохозяек.