Читаем Забайкальское казачество полностью

Покидая по различным обстоятельствам свою родину, русские люди селились на никем не занятых землях в бескрайних южных степях вне пределов Руси, где опасность грозила им со всех сторон. Отражая нападения кочевников на свои селения, казаки сами совершали набеги, экспедиции и походы в неизведанные земли. Война становилась для этих людей профессией, формировала характер и своеобразный быт.

«Существование казаков, как пограничного воинственного народонаселения, было естественно и необходимо по географическому положению Древней Руси, по открытости ее границ», — писал историк С.М. Соловьев. Характеризуя государственное значение казаков, он отмечал, что «на всех границах долженствовали быть и действительно были казаки, в особенности на тех границах, где никто не смел селиться, не имея характера воина, готового всегда отражать, сторожить врага. Граница запаслась казаками».

По своей организации казачья община являлась одновременно хозяйственной и военной. Во главе ее управления стоял круг, то есть собрание всех казаков. Кругу принадлежала распорядительная и высшая судебная власть. Для исполнительной деятельности круг выбирал войскового старшину — атамана, его помощника — есаула, войскового подьячего (писаря) для письменных дел.

Исполнитель воли казачьего круга в мирное время, атаман обладал неограниченной властью во время войны или похода. В то время в атаманы выбирались казаки прежде всего по своим деловым качествам, а не по имущественному положению, как стало значительно позднее. К атаману предъявлялись высокие требования: личная храбрость и смелость в бою, умение грамотно командовать отрядом в походе, знание военного дела, сильных и слабых сторон противника; обладание твердой волей и умением увлечь людей для достижения поставленной цели. Атаман должен быть хорошим администратором в мирные дни, заботиться о казаках, понимать их. При выборе атамана учитывался его ум, способность правильно оценивать обстановку и принимать решение. Случайных людей в атаманы не избирали — только тех, которых хорошо знали и кому казаки могли доверить свои жизни.

В мирное время казаки занимались скотоводством, охотой и рыболовством. Земледелие у них не поощрялось, так как считалось, что земля закрепощает людей, требует постоянства и покоя, да и непрекращающиеся набеги степных кочевников делали это занятие невозможным. Хлеб казаки получали из царской казны или у русских купцов в обмен на рыбу, пушнину или добытые в походах товары.

 Очаговый характер расселения, большое удаление друг от друга не позволяли казачьим общинам поддерживать тесные связи между собой. Со временем, когда поток русских переселенцев на свободные пограничные земли увеличился, выросло и число казаков, активизировалась их военная деятельность, назрела необходимость для объединения разобщенных казачьих общин в войско с общим кругом и выборными атаманами.

Превратившись в грозную силу, казачьи войска в XV–XVII веках не раз предпринимали военные походы в Крым, к побережью Черного и Каспийского морей, отваживались на открытую борьбу с татарским и турецким войском, добирались даже до далекой Персии.

Вооружены были казаки саблями, пиками, легким огнестрельным оружием (карабины, пистолеты, мушкеты), была у них и артиллерия.

Характерной особенностью их тактики в наступлении являлись внезапные и дерзкие набеги, применение засад и «поисков». В обороне казаки опирались на созданные ими укрепленные городки, засеки, обозы. Широко использовали водные пути, для чего имели большие лодки, вмещавшие 50–70 человек, необходимые запасы воды, продовольствия и вооружения. Казаки имели свой кодекс чести и, тесно связанные общинными интересами, являлись монолитной, дружной, управляемой военной организацией, способной малыми силами достичь больших результатов. Так, например, запорожские казаки в 1614 году уничтожили 26 судов турецкого флота непосредственно у берегов Турции, у мыса Трапезунд (Трабзон), а донские казаки в 1637 году взяли мощную турецкую крепость Азов.

Казачьи общины, преобразованные в войско, получали наименование по территориальному признаку. За войском закреплялась земля, которая передавалась в пользование казачьим станицам. До 1719 года казачьи общины находились в ведении Приказов (Разрядного, Сибирского, Посольского и т. д.), а с 1721 года перешли в подчинение Военной коллегии.

Выборность атаманов и старшин постепенно ликвидировалась, они стали назначаться. Так появились наказные атаманы, т. е. назначенные правительством.

Отношение Русского правительства к казакам не было однозначным. С одной стороны, бояре и помещики не могли мириться с бегством своих крепостных, а с другой — правительству было выгодно иметь на границе государства казаков, войска которых сражались с общим врагом. При этом особых материальных издержек, как на регулярное войско, правительство не несло, а границы охранялись. Казачьи общины до определенной поры были признаны, и Москва не раз обращалась к ним за помощью в отражении нападений многочисленных врагов, сопровождения по степным просторам русских послов.

Перейти на страницу:

Все книги серии История казачества

Азовское сидение. Героическая оборона Азова в 1637-1642 г
Азовское сидение. Героическая оборона Азова в 1637-1642 г

Летом 1637 года донские казаки захватили мощную турецкую крепость Азов, располагавшую 4-тысячным гарнизоном и 200 пушками. Казаки обороняли ее в течение 5 лет, выдержав в 1641 году тяжелейшую осаду огромного турецко-татарского войска. На посланное в Москву прошение принять цитадель под царскую власть был получен неожиданный ответ: очистить Азов и возвратить его туркам. Летом 1642 года герои-казаки «в великой скорби» оставили крепость, предварительно разрушив важнейшие ее укрепления. И все же через 54 года под стенами Азова вновь развеваются русские знамена. Второй блестящий штурм крепости, при поддержке русского флота, совершают войска Петра I. Об этих и других славных страницах русской военной истории рассказывает новая книга историка А. В. Венкова.

Андрей Вадимович Венков

Документальная литература / Проза / Историческая проза / Прочая документальная литература / Документальное
Гроза Кавказа. Жизнь и подвиги генерала Бакланова
Гроза Кавказа. Жизнь и подвиги генерала Бакланова

Военачальник Донского казачьего войска генерал-лейтенант Яков Петрович Бакланов (1808–1873) был одним из прославленных героев Кавказской войны 1817–1864 гг. О безмерной храбрости и лихости Бакланова ходили легенды. Он лично водил казачьи полки и сотни в атаки, участвовал в засадах и перестрелках, приступах, строительстве укреплений, мостов и дорог. Обладая огромной физической силой, неизменно выходил победителем из рукопашных схваток. Получив под командование полк донцов, бывший в отчаянно плохом состоянии, он скоро сделал его образцовым, а от робкой линейной обороны своих предшественников перешел к самым решительным наступательным действиям «за линией». Бакланов вскоре становится грозой «немирных» горцев, считавших Баклю сродни самому дьяволу и звавших его Даджалом.Книга историка казачества Л. В. Венкова знакомит читателя с жизнью этого легендарного героя.

Андрей Вадимович Венков

Биографии и Мемуары / Военная история / Историческая проза / Образование и наука / Документальное
Атаман Войска Донского Платов
Атаман Войска Донского Платов

Герой Дона, генерал от кавалерии, атаман Войска Донского Матвей Иванович Платов прожил жизнь, полную опасностей и необыкновенных побед. Сподвижник Суворова, он участвовал во взятии Очакова и Измаила. Герой Отечественной войны, Платов осенью и зимой 1812 года во главе казачьей кавалерии преследовал и разбивал французские войска вдоль Смоленской дороги, вел успешные бои под Вязьмой, Смоленском, Красным. В 1813 году все значительные заграничные операции русской армии проходили при активном участии казачьего корпуса Платова. После победного сражения за польский город Данциг Кутузов писал Платову: «Услуги, оказанные Вами отечеству в продолжении нынешней кампании, не имеют примеров! Вы доказали целой Европе могущество и силу обитателей благословенного Дона».Книга историка А. В. Венкова живо и увлекательно рассказывает о жизни и подвигах легендарного Атамана Вихря — Матвея Платова.

Андрей Вадимович Венков

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза / Документальное

Похожие книги

1941. Подлинные причины провала «блицкрига»
1941. Подлинные причины провала «блицкрига»

«Победить невозможно проиграть!» – нетрудно догадаться, как звучал этот лозунг для разработчиков плана «Барбаросса». Казалось бы, и момент для нападения на Советский Союз, с учетом чисток среди комсостава и незавершенности реорганизации Красной армии, был выбран удачно, и «ахиллесова пята» – сосредоточенность ресурсов и оборонной промышленности на европейской части нашей страны – обнаружена, но нет, реальность поставила запятую там, где, как убеждены авторы этой книги, она и должна стоять. Отделяя факты от мифов, Елена Прудникова разъясняет подлинные причины не только наших поражений на первом этапе войны, но и неизбежного реванша.Насколько хорошо знают историю войны наши современники, не исключающие возможность победоносного «блицкрига» при отсутствии определенных ошибок фюрера? С целью опровергнуть подобные спекуляции Сергей Кремлев рассматривает виртуальные варианты военных операций – наших и вермахта. Такой подход, уверен автор, позволяет окончательно прояснить неизбежную логику развития событий 1941 года.

Елена Анатольевна Прудникова , Сергей Кремлёв

Документальная литература
Почему они убивают. Как ФБР вычисляет серийных убийц
Почему они убивают. Как ФБР вычисляет серийных убийц

Легендарный профайлер ФБР и прототип Джека Кроуфорда из знаменитого «Молчания ягнят» Джон Дуглас исследует исток всех преступлений: мотив убийцы.Почему преступник убивает? Какие мотивы им движут? Обида? Месть? Вожделение? Жажда признания и славы? Один из родоначальников криминального профайлинга, знаменитый спецагент ФБР Джон Дуглас считает этот вопрос ключевым в понимании личности убийцы – и, соответственно, его поимке. Ответив на вопрос «Почему?», можно ответить на вопрос «Кто?» – и решить загадку.Исследуя разные мотивы и методы преступлений, Джон Дуглас рассказывает о самых распространенных типах серийных и массовых убийц. Он выделяет общие элементы в их биографиях и показывает, как эти знания могут применяться к другим видам преступлений. На примере захватывающих историй – дела Харви Ли Освальда, Унабомбера, убийства Джанни Версаче и многих других – легендарный «Охотник за разумом» погружает нас в разум насильников, отравителей, террористов, поджигателей и ассасинов. Он наглядно объясняет, почему люди идут на те или иные преступления, и учит распознавать потенциальных убийц, пока еще не стало слишком поздно…«Джон Дуглас – блестящий специалист… Он знает о серийных убийцах больше, чем кто-либо еще во всем мире». – Джонатан Демм, режиссер фильма «Молчание ягнят»«Информативная и провокационная книга, от которой невозможно оторваться… Дуглас выступает за внимание и наблюдательность, исследует криминальную мотивацию и дает ценные уроки того, как быть начеку и уберечься от маловероятных, но все равно смертельных угроз современного общества». – Kirkus Review«Потрясающая книга, полностью обоснованная научно и изобилующая информацией… Поклонники детективов и триллеров, также те, кому интересно проникнуть в криминальный ум, найдут ее точные наблюдения и поразительные выводы идеальным чтением». – Biography MagazineВ формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Джон Дуглас , Марк Олшейкер

Документальная литература
Сатиры в прозе
Сатиры в прозе

Самое полное и прекрасно изданное собрание сочинений Михаила Ефграфовича Салтыкова — Щедрина, гениального художника и мыслителя, блестящего публициста и литературного критика, талантливого журналиста, одного из самых ярких деятелей русского освободительного движения.Его дар — явление редчайшее. трудно представить себе классическую русскую литературу без Салтыкова — Щедрина.Настоящее Собрание сочинений и писем Салтыкова — Щедрина, осуществляется с учетом новейших достижений щедриноведения.Собрание является наиболее полным из всех существующих и включает в себя все известные в настоящее время произведения писателя, как законченные, так и незавершенные.В третий том вошли циклы рассказов: "Невинные рассказы", "Сатиры в прозе", неоконченное и из других редакций.

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

Документальная литература / Проза / Русская классическая проза / Прочая документальная литература / Документальное