Он едва не зарычал. А может быть, зарычал, но сам этого не заметил. Мельком бросил взгляд поверх её плеча на постель и, подталкивая её, направился туда. Всё потом. Он хочет её. Сильно хочет. Как не хотел никого до неё. Ему мало. Мало, её чёрт подери! Все страхи, сомнения, непонимания собственных чувств смешались воедино. Маленькая студия стала чем-то отдельным, скрывающим их от целого мира.
- Серёжа… - повторила Ярослава, пятясь.
Заглянула ему в глаза, ухватила за руки. Она хотела каких-то слов, объяснений, разговоров, но он не мог. Не мог ничего говорить. Времени с их последней встречи прошло всего-ничего, а он изголодался по ней. Подталкивая её к кровати, провёл по плечам, посмотрел на пухлый рот. Губы… Он хотел почувствовать эти губы.
Яся попятилась. Она не понимала его, не понимала что ему нужно, не понимала его желания. Впрочем, нет… Его желания, красноречивая выпуклость его паха – всё это было ей вполне понятно. Не понятно ей было другое: что двигало им. Не простое же желание?!
Ещё мгновение, и она повалилась на постель. Противостоять его напору она не могла, да и, честно говоря, не хотела. Стоило ей ощутить его запах, голова закружилась. Он словно бы проник в неё, окутал. Всё в ней взволновалось: каждая её клеточка, каждая частичка. Она не могла противостоять ему, да и не хотела. Она перестала принадлежать самой себе. Соображать перестала. Рядом с этим мужчиной она становилась ещё слабее, чем была на самом деле. Не знала, что сказать ему, да и вообще, должна ли говорить что-либо?
- Я думал о тебе, - хрипло сказал он, нависнув над ней.
Глаза его были тёмными, почти чёрными. Она пьянела от его взгляда, от его близости, вся её решимость тонула в нём. Едва она хотела что-то сказать ему, губы его соприкоснулись с её, смяли её сопротивление. Её руки неосознанно коснулись его плеч. Она чувствовала под пальцами его силу, его крепкие мышцы и не могла ничего поделать. Из груди её вырвался тихий, едва слышный стон. На миг отстранившись, он посмотрел ей в глаза – карие, влажные. Глаза, которые он видел уже где-то там, в прошлом, давно-давно, будто бы в незнакомой жизни. Не важно… всё не важно. И снова её губы – манящие и сладкие, дарующие удовольствие, неведомое ему до неё. В штанах было тесно. Он понимал, что слишком сильно соскучился по ней, слишком сильно хочет её, чтобы сдерживаться. Приподнялся и расстегнул ремень. Яся следила за ним. Лежала на спине и просто смотрела. Одетая, мать её! А в нём всё равно всё выворачивалось наизнанку. Не медля, он содрал с неё футболку и тут же потянул вниз штаны. Она не сопротивлялась – приподняла бёдра, помогая ему. Губы…
Пальцы её запутались в его волосах, дыхание вырывалось рвано и жадно. Да откуда она взялась на его голову, мать её за ногу?! Ему хотелось рычать: от этих поглотивших его чувств, от собственной слабости перед ней. А она всё смотрела… смотрела и смотрела… Совершенно обнажённая. Такая незащищённая и слабая. Только он не ощущал её слабости – напротив. Это сам он был слабым.
Пряжка ремня лязгнула, пальцы Ярославы заскользили по ткани его джемпера, пробрались под. Он судорожно втянул в лёгкие воздух. Что она с ним делает?! Куда девалось его здравомыслие?! Не должен он к ней прикасаться – бежать должен без оглядки, но… Не в силах совладать с собственным рассудком, он провёл ладонями по её телу.
Ярослава шумно выдохнула, застонала и откинулась на простыни. Снизу вверх она смотрела в его глаза цвета старинного серебра и понимала, что нет пути назад. Этот взгляд пленил её, поработил её сознание. А всё ещё лежащее в кармане куртки кольцо… Так ли это значимо? Тот, другой, всего лишь тень. Он же…
Сергей стянул джемпер чрез голову, и она коснулась его груди. Тёплое, сильное тело… Волоски мягко щекотали её ладони. Она выдохнула. Протяжно и томно, она терялась – вся подвластная ему. Хотела быть с ним. Стянув джинсы, он толкнулся вперёд бёдрами. Она и не уловила тот момент, когда он оказался абсолютно обнажённым, только почувствовала. Ощутила его большого, сильного, своего и томно, протяжно выдохнула. Обняла его и, посмотрев в глаза, тихо прошептала:
- Хочу тебя.