- Ты один из немногих молодых людей, способных мыслить здраво. Ох, видела бы тебя твоя мать! Она бы тобой гордилась! Ты вырос таким, как она и мечтала...- он отвернулся и прижал к лицу рукав.
- Ну все, беги. Уже темнеет, и скоро все лягут спать.
А я, выйдя из таверны, сжал амулет на шее. Единственное, что осталось мне от матери на память.
Родителей своих я никогда не видел. Знал, что моя мать была родной сестрой моего дяди.
Однажды, на ярмарке она познакомилась с кузнецом из соседнего городка, вышла замуж и уехала к нему. Дядя говорил, что они жили они очень хорошо и дружно. Пока мой отец не заболел и не умер. Тогда, бедная моя мама, продала кузницу и перебралась жить обратно, к брату. К сожалению, все это — потерю моего отца, продажу имущества и долгий переезд, ей пришлось пережить как раз тогда, когда она носила меня.
В родной Галаш она добралась уже очень больной, за день до родов. Дядя говорил, что она очень горевала и тосковала по отцу. Может быть поэтому во время родов она умерла, оставив мне немного денег и амулет, который я не снимал ни разу в жизни.
Немного подумав, дядя решил на те деньги открыть в Галаше гостиницу. Тогда охотники за сокровищами только-только начали ходить в Пустошь.
Многие смеялись над дядей и считали, что он разориться. Но вышло по другому.
На следующий день я встал еще до рассвета. Спустился вниз, разбудил кухарок и горничных, растопил печь. Принял у мясника и молочника продукты, тщательно проверив их качество. Кухарки вовсю уже месили тесто для свежего хлеба к завтраку. Я велел им добавить ванили. Этот аромат кому хочешь понравиться. Жаль только, что ваниль эта дорогая штука, каждый день ее в хлеб не положишь. А вот для его светлости — в самый раз.
К тому времени уже рассвело. Я решил проверить, как там кони его светлости. Открыл дверь, ведущую на задний двор. Лучи всходящего солнца, ударили мне в лицо. Я прикрыл глаза. Открыл их и замер, ослепленный увиденным. В один миг я забыл кто я и зачем живу на свете. Все, что раньше занимало меня — гостиница, женитьба, гости, все отступило куда-то, забылось, растворилось в рассветных лучах, сквозь которые я увидел ее.
О боги! Как она была прекрасна! Да была ли она на самом деле, или это видение? Я протер глаза, моргнул и снова увидел тонкую фигурку в невообразимом розовом платье. Каскад золотых волос, в которых будто бы запуталось солнце. Да нет, ее волосы и сами источали золотое сияние.