Читаем Задание: Токио полностью

– Я бы хотел осмотреть ее квартиру, – тихо сказал Дарелл. – Эта девушка помогла бы нам решить многие проблемы.

Мисс Прюитт с сомнением покачала головой, но потом все же ответила:

– Йоко живет в Нагата-те, Кийода-кю. – Она назвала также улицу и номер дома. – Отсюда это рукой подать. Ее район славится японской архитектурой.

Дарелл вынул из кармана фотоснимок улыбающейся девушки и еще раз посмотрел на него. Оставив все подслушивающие устройства на месте, он выключил свет, жестом пригласил мисс Прюитт выйти, после чего вышел сам и запер дверь.

<p>Глава 7</p>

В полукруглой комнате царил сумеречный полумрак. Когда-то маленький зал служил оперативным штабом американской армии; теперь же там, где прежде были развешаны карты, дорожные схемы и макеты, висели лишь довольно скромный портрет американского президента и огромная панорамная фотография Капитолийского холма. По углам затаились полуночные тени. Единственная зажженная лампа стояла на столе, прятавшемся в нише. За столом никто не сидел. В комнате повисла тишина, которую время от времени нарушало только прерывистое дыхание Мелвина Каммингса. Внезапно Каммингс взорвался:

– Где вас столько времени носило, Каджун? И что за бардак вы тут развели? Я весь вечер до вас дозванивался. Сперва вы были заняты, потом вообще исчезли. Куда вы пропали?

– Я выручал своего последнего, если не считать шофера Синье, агента.

– Ваши люди умерли?

– Да.

– От чумы?

– Да.

Мелвин Каммингс, заместитель Госсекретаря по общественным связям со странами азиатского и тихоокеанского региона, и не только по ним, не стал утруждать себя лишними соболезнованиями. "Медоточивый лис" прекрасно владел искусством умасливания, всегда умея выдать черное за белое и поклясться в открытости и бескорыстности американской политики – даже в тех случаях, когда политика сводилась к языку пушек и пулеметов. Нельзя сказать, чтобы Дарелл ненавидел этого скользкого пухленького человечка – нет, он просто в открытую презирал его.

А вот другой человек, сидевший в комнате, был сделан из совершенно иного теста. Он расположился так, что его почти не было видно. Зеленое кресло, в котором он сидел, совершенно утопало в тени. Тень Каммингса сейчас оживленно жестикулировала на дальней стене. Человек в зеленом кресле тени не отбрасывал.

Это был не кто иной как доктор Огаст Фрилинг, глава знаменитой секции ХБО – химического и биологического оружия. Мало кто знал его в лицо. Он старался избегать людей и известности. Человек без тени. Из всех тайных служб американских военных ведомств секция ХБО была наиболее засекречена. Имя Фрилинга было известно лишь какой-то дюжине наиболее высокопоставленных чинов. Лишь однажды, в 1968 году, когда при случайном взрыве контейнера с аэрозолем над штатом Юта произошел выброс нервно-паралитического газа, унесшего жизни шести тысяч овец, доктор Фрилинг сделал заявление для прессы.

В 1969 году ему пришлось выступить еще раз – тогда случилась утечка газа из одного снаряда со склада на Окинаве, в результате которой потравилось немало военных и гражданских лиц.

И вот теперь доктор Фрилинг находился в Токио.

В тишине комнаты прозвучал спокойный голос Дарелла:

– Должно быть, доктор, дело совсем плохо, коль скоро вы лично прилетели сюда. Ваше появление – всегда предвестник беды.

Человек в зеленом кресле улыбнулся.

– Я польщен, Сэм Дарелл, что вы меня знаете. Я тоже наслышан про вас. Да, вы угадали – дело обстоит совсем скверно.

На длинном тонком носу Фрилинга красовалось золоченое пенсне, за которым прятались самые холодные и бледные глаза, которые когда-либо приходилось видеть Дареллу. Было в этом человеке что-то, невольно вызывавшее содрогание. А ведь Фрилинг был не виноват – он просто добросовестно выполнял порученную работу. Поскольку Белый дом наложил запрет почти на всю продукцию, выходившую из стен секции ХБО, Фрилинг быстро и охотно организовал и возглавил компанию по уничтожению своего страшного арсенала. В черном костюме со строгой белой рубашкой и черным галстуком он производил впечатление огромного затаившегося насекомого – угловатого палочника с длинными тощими конечностями. А вот голос его, в противоположность внешности, был мягким, сочным и приятным. На сенатских слушаниях он звучал крайне убеждающе. Но вот Дарелла он нисколько не убеждал.

Блики света отблескивали на тонком пенсне Фрилинга. В костлявых пальцах он сжимал круглый бокал с бренди, время от времени задумчиво потягивая янтарную жидкость.

– Мистер Дарелл, после всего здесь сказанного, у меня создалось впечатление, что вы не совсем в ладах с мистером Каммингсом. Я тоже ему не подотчетен. Я подчиняюсь непосредственно Белому дому и Объединенному комитету начальников штабов. И больше никому. Я не собираюсь ссориться с вами из-за вашего поведения или спорить по поводу того, кто виноват в случившемся.

– Достаточно, если вы просто честно и предельно откровенно расскажете мне о случившемся в Хатасиме, – сказал Дарелл. – Не утаивайте ни малейших подробностей, не люблю работать в потемках. Если виноваты в этой трагедии мы – так и скажите.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сэм Дарелл

Задание: Нидерланды
Задание: Нидерланды

В годы Второй мировой войны в фашистской Германии был создан опасный вирус "Кассандра", убивающий в течение 24 часов все живое. Применить оружие по назначению немцы не успели – во время стремительного наступления бункер, где содержались сейфы с вирусом, оказался в тылу союзников. Точного его местонахождения позднее выяснить так и не удалось, было лишь известно, что он находится где-то на побережье Нидерландов. Со временем о "Кассандре" забыли.И вот спустя время два брата Джулиан и Мариус Уальды нашли секретный бункер. Они шантажируют США и НАТО и требуют в обмен на вирус 5 миллионов долларов, иначе "Кассандра" будет либо продана "врагам Запада" либо выпущена на волю.Лучший оперативник отдела "К" Сэм Дарелл уже спешит в Нидерланды, "Кассандра" открывает счет своим первым жертвам, а за вирусом начинают охоту также и те, кому он раньше принадлежал.

Эдвард Айронс , Эдвард С. Айронс

Детективы / Шпионский детектив / Шпионские детективы

Похожие книги