Хотелось бы думать, что текст надписи поможет раскрыть мистический характер Сфинкса. К сожалению, он не кажется таким, поскольку одна часть текста представляется вырезанной намного позднее, чем сам монумент, а на другой части лунообразное расположение сильно затрудняет его интерпретацию. Первая дешифровка этой надписи была осуществлена в 1818 г. ученым по имени Кавиглия, и она была опубликована в Англии (где и сохранилась рукопись первого перевода), а также в Германии, где находились разные версии со многими недостатками до того, как Эрман в Берлине предпринял попытку сличения всех текстов с подлинником. Его заключение было принято после доскональной проверки американцем Бредстедом, и на работах этого автора мы основываем окончательную версию, не обращая внимание на особенности ее орфографии и редакции.
«Год первый, третий месяц первого сезона; двадцать восьмой день правления Хоруса; Могучего Меча, Излучающего свет, Любимца Двух Богинь, которые сохраняют царскую власть — подобно Атону. Возлюбленный Хо-рус, Могущество песков, Отталкивающий Девять Арок, повелитель Верхнего и Нижнего Египта, сын Ра (Тутмес IV, Сверкающий в своих диадемах), любимец… который дает жизнь, стабильность, удовольствия, подобно Ра, навсегда. Да здравствует прекрасный Бог, сын Атона, Защитник Харакхте, живой образ Господина Тота, правитель, порожденный Ра, бесконечно великий наследник Кхепти, прекрасное лицо, как отца, который ушел… оснащенный над собой формулой Зоруса, правитель, который… богов, который… благосклонен к… богов, который очистил Гелиополис, который удовлетворил Ра, который украсил Мемфис, который представлял правду Атону, который предлагает ее Тому-кто-к-югу-от-его Стены, который поставил в честь Гора монумент ежедневных преподношений; который все делает в поисках пользы богов Юга и Севера; который строит свои дома из известняка; который принимает их подношения; сын Атона, Тутмес IV, сияющий в диадемах, напоминающий Ра, наследник Гора на его троне, Менкхепрер, который дал жизнь».
«Когда его величество вошел в отроческий возраст, сходный с Гором, молодость Кхеммиса, его красота делали его похожим на защитника своего отца, он сам походил на бога. Армия сплачивалась благодаря любви к нему, так же как сыны царя и его приближенные. И тогда эта сила возвышалась над ним, и он стал испытывать свою силу, как сын Тота».
«Итак, ему пришла в голову одна идея, которая доставляла ему удовольствие на плоскогорье под названием Мемфис, на дороге с юга на север, вдоль которой разбрасывал медные стрелы, охотясь на львов и на диких козлов, подымал вверх свою запряженную лошадьми коляску быстрее ветра в сопровождении двух своих слуг без ведома всех остальных».