После этого я облачился в ливрею дома Бразервиков – был случай ею обзавестись, но это отдельная история – и лично доставил письмо в Морли-холл: «Полковнику в собственные руки, срочно!» После чего, не дожидаясь ответа, тут же отправился будто бы назад, к своему хозяину: дескать, сквайру сейчас особенно нужно, чтобы все верные слуги были на месте… В связи с содержанием письма это ни у кого подозрений не вызвало.
Едва удалившись так, чтобы меня нельзя было увидеть из Морли-холла, я притаился за живой изгородью возле ближайшего поля. У меня не было сомнений, что уж на такое-то послание полковник откликнется. Так и вышло: четверти часа не прошло, гляжу – едет он на своей гнедой кобыле, спешит, по сторонам не оглядываясь…
Да, вот еще что замечу: есть у меня один ценный навык, о котором прежде в нашей беседе, кажется, не упоминалось. Я умею подделы… то есть копировать любой почерк. Стоит мне его только разок как следует рассмотреть – и все, этого уже достаточно. Трудно, скажете? Да не так уж и трудно, сэр, если долго практиковаться и отнестись к делу с полной ответственностью. Ну, еще и талант нужен, конечно, это да.
Вот сейчас этот навык нам и пригодился. Письмо от сквайра – это раз. А два – это когда сразу после того, как Морли проскакал мимо изгороди, я вырвал из записной книжки страницу и торопливо написал:
Мне, видите ли, пару дней назад попало в руки одно письмо полковника – как именно попало, это тоже отдельный разговор, но теперь составить такое послание для меня труда не составило. И вот с этим посланием я, по-прежнему как слуга сквайра Бразервика, опять являюсь в Морли-холл. Дворецкому говорю, что полковник догнал меня на полпути к Бразервику и вручил вот эту записку.
Мое появление вызвало большой переполох, но не потому, что кто-то в чем-то усомнился: наоборот, все кинулись выполнять указание хозяина. Все серебро было уже почти упаковано, его поместили в большой ящик, переложили слоями опилок и ваты, оставалось только заколотить крышку гвоздями, когда к воротам подъехал прочный закрытый возок, как раз из числа тех, которые употребляются для перевозки ценных посылок. Один из моих сообщников остался на козлах, а Джим (он в своем строгом костюме и шляпе выглядел точь-в-точь как банковский служащий по особым поручениям) спрыгнул и принялся распоряжаться, причем всем немедленно стало ясно: надо спешить, потому что эти работники банковской службы могут уделить им буквально считаные минуты.
«Кто тут старший? Ну, подготовили упаковку для банка? Живо, живо заканчивайте! – слышу, Джим командует. – А теперь грузите все в кузов! Что? Еще не закрыли? Ну вот еще новости, что за халатность!»
«Обождите немного, сэр: я хотел бы только…» – попытался возразить дворецкий.
«Нет у нас времени ждать. Нам еще по нескольким адресам ехать: вся округа в тревоге, всем срочно требуется отправить фамильное серебро в банковские сейфы… Если вы не готовы – до свидания, не задерживайте, мы прямо сейчас отправляемся в имение лорда Блэкбери».
«О, мы сейчас заканчиваем, сэр! – заторопился дворецкий. – Вы там, рястяпы, скорее – уже не заколачивайте, просто веревкой обвяжите, вот так… Ф-фух, готово! Но… Это ведь будет доставлено в целости и сохранности, сэр?»
«В самой что ни на есть. Можете уже не волноваться об этом грузе», – говорит Джим, помогая запихнуть тяжелый ящик в глубину кузова.
«Однако… Гм… Полагаю, я все-таки должен его сопровождать и присутствовать при передаче в банковский сейф», – заявляет дворецкий.
«Вот и отлично! – Джима такими вещами не смутишь. – Только на козлах места, как видите, нет, да и в самом кузове скоро не будет: когда мы приедем к лорду Блэкбери, там нас загрузят под завязку. Сделаем вот что. Сейчас ведь ровно двенадцать, так? Значит, ждите нас перед входом в банк незадолго до половины второго: раньше мы от его светлости не вернемся».