Читаем Загадки и легенды русской истории полностью

Азовский флот начинался на реке Вороне в Воронежской области. Здесь находились верфи для постройки плоскодонных судов, которыми отправлялось на Дон хлебное и военное жалованье московских царей донским казакам. На базе этой верфи Петр создал «кумпанства», обязав их в течение месяца построить флотилию для похода на Азов. В общей сложности согнанные несколько тысяч плотников построили из сырого леса 1300 стругов и несколько десятков галер. Командование флотом царь возложил на своего фаворита, выходца из Женевы Франца Лефорта. По словам одного из наиболее осведомленных биографов Петра I, историка Казимира Валишевского, военную карьеру Лефорт избрал потому, что два брата его голландской жены (женился Лефорт в Москве в 1678 г.) имели важное положение в русской армии. Хотя к военной карьере у него «не было ни любви, ни призвания», и наибольшее уважение у Петра он получил как исключительный организатор всяких развлечений, особенно с участием дам, Азовский флот был доверен ему. Петр очень строго, не дрогнувшей рукой, карал тех, кто уклонялся от строительства судов. После взятия Азова он объявил государственным чинам о постройке новых кораблей, расписав им «математический размер»: 10 кораблей он будет строить за свой счет, 6 должен построить за свой счет патриарх, 5 — духовенство, 34 — бояре. Строительство 11 брандеров и бомбардирных судов царь возложил на города страны. Несмотря на ропот за три года флот был построен: 66 новых кораблей, из них 14 — линейных.

Еще в июне 1619 г. Земский собор постановил приговор по финансовым делам. Тогда в разоренной двадцатилетней Смутой стране было решено разграничить взимание податей: с разоренной земли подати взимались неравномерно — одни из них облагались податью по дозорным книгам, другие, менее разоренные, — по писцовым книгам. Поясним, что в средневековой Московии дозором называлась податная оценка иму-ществ сообразно их благоустроенности, когда в расчет принимались обстоятельства, могущие дать льготы по уплате податей. Например, долги, пожары, стихийные бедствия, нападения от врагов. Писцовые книги (перепись) — это простая податная оценка имущества, независимо от благосостояния плательщиков.

В «Морской дозор» царя Петра угодили наиболее состоятельные «государственные чины» — духовенство и бояре. После долгих препирательств, по настоянию Петра I, 20 октября 1696 г. Боярская дума приговорила: «Морским судам быть». Отныне этот день считается датой основания русского регулярного военно-морского флота. А почему не день взятия Азова в 1696 году?

20 мая 1696 г. армия и флот Петра на Дону подошли к Азову. Флот состоял из 23 галер, 2 галиотов (галиот — небольшое транспортное двухмачтовое судно, предназначенное для прибрежного плавания) и 4 брандеров. Петровский флот усилился сотней казачьих стругов, притаившихся в камышах. В Азовском море уже находился турецкий флот, состоявший из 15 хорошо вооруженных кораблей, 13 больших галер и 13 полу галер. Петровский флот вышел, было, в море, но вступать в сражение не решился, повернув обратно. Противостоять турецким военным кораблям, построенным лучшими венецианскими мастерами и вооруженным мощной артиллерией западноевропейских образцов, наскоро сколоченный из сырого дерева русский флот не решился. Кстати, экипажи судов петровского флота (6 тысяч матросов) на одну треть состояли из голландцев, остальные — 4 тысячи солдат Преображенского и Семеновского полков, в срочном порядке посаженные царем на суда.

Тогда ночью донские казаки, без согласования с царем, напали на турецкий флот, взяв его на абордаж. Несколько турецких судов были сожжены и потоплены, в бою было захвачено 10 полугалер, 10 больших судов были загнаны на мель и сдались. В плен попали 270 турок. На захваченных судах победителям досталось 50 тысяч червонцев, сукна на 4 тысячи человек, 70 медных пушек, 3 тысячи бомб, 4 тысячи гранат, 80 бочек пороха, огромное количество свинца и другого оружия. Деньги и сукно царь пожаловал казакам, снаряды и оружие были направлены в казну. Сам Петр I не принимал участия в ночном морском бою. Через восемь дней русские суда вместе с Лефортом стали перед Азовом, загородив путь турецкому флоту, казачья флотилия на стругах и чайках заняла устье Дона. Теперь Азов оказался в полной блокаде. Дон был перегорожен железной цепью. В таких условиях турецкий флот не решился на атакующие действия, и командующий турецкой эскадры Турночи-паша повернул назад, уходя в Керченский пролив, а оттуда — в Константинополь

Почему турецкая эскадра, имея значительное превосходство в силах, не решилась атаковать русскую флотилию? Дело в том, что казачьи и русские мелкосидящие суда, находясь на мелководье, были недоступны для турок. К тому же турки оценили выгодную позицию противника и хорошее оснащение оружием. Простояв две недели друг против друга, противники обошлись без боя. Чтобы не быть заподозренным в личных симпатиях, процитирую отрывок из книги А.Н. Карпова и В.Г. Когана. Вот что произошло под Азовом после ухода турецкой эскадры:

Перейти на страницу:

Все книги серии Наша история

Быт и нравы царской России
Быт и нравы царской России

В этой книге представлена дворцовая жизнь русских царей, обычаи и быт царских дворов и русского народа с древнейших времен до начала XX века, включая правление последнего царя.Вместе с рассказом о национальных традициях, обрядах и обычаях в книге широко представлена тема нравственного состояния русского общества, что особенно актуально в наше непростое время, когда в стране отмечается падение нравственности.Сейчас нам как никогда важно знать, какими мы были, чтобы понять, какие мы есть и почему такими стали. Это позволит нам не повторять ошибок наших предков и не чувствовать себя изгоями при интеграции в сообщество цивилизованных стран.В книге также можно найти сведения об армии, торговле, государственном устройстве, религиозных отношениях и т. д., а материал книги расположен так, что позволяет легко найти ту информацию, которая интересует читателя.Книга содержит обширный тематический материал и предназначена для самого широкого круга читателей, в том числе и студентов.«Наше древнее общество ...сложилось путем непосредственного нарождения, без участия каких-либо пришлых, чуждых ему элементов. Варяжское вторжение, изгнание распустилось в нашем быту, как капля в море, почти не оставив следа. Своеобразная сила нашего быта так велика, что самая реформа и можно сказать революция Петра оказалась во многом совершенно бессильною».«Идея самостоятельности, нравственной независимости была нераздельна с идеей самовластия, а еще ближе, с идеей самоволия и своеволия. Вот почему мы, люди другого времени и других понятий о законах нравственности, не имеем права слишком строго судить об этом неизмеримом и безграничном своеволии и самовластии, которое так широко господствовало в нашем допетровском и петровском обществе, и особенно мало имеем права осуждать за это отдельные, а тем более исторические личности, которые всегда служат только более или менее сильными выразителями идей и положений жизни своего общества... Своеволие и самовластие в ту эпоху было нравственною свободою человека; в этом крепко и глубоко был убежден весь мир-народ; оно являлось общим, основным складом жизни».И.Е. Забелин о российской самобытности

Валерий Георгиевич Анишкин , Людмила Валерьевна Шманева

Культурология
Русь и ее самодержцы
Русь и ее самодержцы

Настоящая книга, по сути своей, является справочником, содержит выверенные сведения о возникновении Руси и ее становлении как государства и знакомит читателя с концепциями выдающихся российских историков, в числе которых Н.М. Карамзин, Н.И. Костомаров, С.М. Соловьев, В.О. Ключевский и др.В кратком изложении даны наиболее заметные и значительные события, происходившие на земле русской, например, татарская неволя, семибоярщина, польская интервенция, восстание декабристов и др.Основу книги составляет краткое (справочное) описание периода правления каждого из восьмидесяти самодержцев от Рюрика до Николая II Романова в хронологическом порядке. Кроме того, она снабжена таблицами с генеалогическим древом Рюриковичей и Романовых.Книга предназначена школьникам, студентам, а также всем, кто интересуется историей России.

Валерий Георгиевич Анишкин

История / Образование и наука
Все могло быть иначе. Альтернативы в истории России
Все могло быть иначе. Альтернативы в истории России

Могла ли история России сложиться иначе? В книге повествуется о некоторых «развилках» на историческом пути России, ситуациях выбора из нескольких возможных сценариев, когда судьба нашего Отечества могла обрести другую траекторию. Противостояние Державности и Свободы, спор альтернатив и значимость «исторической случайности», роль исторических личностей, границы «пространства возможного», цена выбора — все это подается в историко-публицистическом контексте. Автор стремится перешагнуть через стереотипы исторического сознания, спровоцировать читателя на размышления, показать, что всякая история — это еще и набор альтернатив, что у России нередко был выбор, возможность хотя бы на время разомкнуть круг чередования реформ и контрреформ, свободы и «казармы», рывков вперед и провалов в прошлое. Для широкого круга читателей.

Владимир Николаевич Шевелев

Фантастика / История / Альтернативная история / Образование и наука

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии